Книга Системный Кузнец. Трилогия, страница 311 – Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Задача на грани моих текущих возможностей, но без этого штампа идея массового производства осталась бы просто мечтой.

Признаться честно, в какой-то момент охватила паника. Я, который только недавно научился ковать прямые гвозди, теперь должен выполнить работу, к которой нормальный кузнец шёл бы годами.

Молотобоец, кажется, заметил замешательство. Я сидел на табуретке и, сам того не осознавая, грыз ноготь на большом пальце. Детина подошёл ко мне вплотную — массивная фигура заслонила свет от горна, оставив меня в тени. Поднял голову и тогда понял, что ногти сгрызены прилично. Вынул палец изо рта, вдруг осознав, что в плане приличных манер сейчас выгляжу не лучше Ульфа, ковыряющего в носу. Верзила смотрел пустыми, но какими-то по-детски встревоженными глазами.

— Кай, что делать? — спросил тот низким голосом.

«Что делать, что делать?» — хотелось заорать. — «Молиться духам, чтоб у нас хоть что-то получилось!»

Сердце колотилось от страха, что ничего не выйдет. Мы подняли такой гвалт на всю деревню, а я сижу тут и трясусь, как курсант перед первым выездом на пожар.

— Так… Ульф, — заставил себя встать и говорить бодро. — В общем, задача у нас крайне непростая.

Подошёл, с усилием поднял тяжёлый слиток и сунул в горн.

— Сейчас нам нужно нагреть вот эту железяку. А потом, — повернулся к нему и постарался улыбнуться, — нам нужно будет вырезать в другой такой же железяке ямку — идеально ровную и в форме наконечника, а потом сделать для неё крышечку, тоже идеально ровную. Чтобы, когда мы будем класть в эту ямку горячее железо и бить по крышечке твоей кувалдой, у нас получались одинаковые наконечники, как формочки для пирожков. Понял? Мы с тобой сейчас будем делать формочки для пирожков, только наши пирожки будут очень острыми и опасными для тварей, что лезут из пещер.

Ульф смотрел на меня так, будто слова про «пирожки» и «формочки» пролетели абсолютно мимо него.

— Не знаю формочки для пирожков, — низко прогудел молотобоец.

Я тяжело вздохнул.

— Ладно, забудь. Просто делай, что скажу, — нетерпеливо бросил ему. Лучше просто направлять парня, как живой инструмент, по ходу дела ища более удачные аналогии.

Мы начали с матрицы — нижней части штампа. Нагрел массивный стальной блок до ярко-оранжевого цвета.

— Так, Ульф! — взял зубило на длинной рукоятке. — Покажу, где, а ты — бей. Несильно. Нам нужно наметить контур.

Установил зубило, и Ульф нанёс лёгкий удар. На поверхности осталась чёткая линия. Отлично. Шаг за шагом, удар за ударом, мы начали высекать контур будущего углубления. Работа была кропотливой, требующей постоянных нагревов.

Но когда дело дошло до выборки металла изнутри, начались проблемы. Нужно использовать пробойники разной формы, чтобы выдавить металл, формируя плавные изгибы лезвия — и тут моя неопытность дала о себе знать. Рука, держащая пробойник, дрожала, а глаз врал. Память тела, необходимая для точной работы, ещё не сформировалась.

[Ошибка! Угол вхождения пробойника слишком острый. Риск создания внутреннего напряжения в матрице.]

— Чёрт! — выругался, видя, как на стенке углубления образовалась некрасивая зазубрина. — Стой, Ульф!

Снова нагрел блок, попытался выправить дефект, но чем больше старался, тем хуже получалось. Я торопился и злился на себя, руки не слушались. Один удар молотобойца пришёлся чуть сильнее, чем просил, и пробойник вошёл глубже, чем нужно.