Книга Хранитель Пути Зверя. Том 2, страница 59 – Игорь Маревский

— Ладно, ты не настолько беспомощен, раз сумел отыскать цветки Ян И, но я спрашивал тебя о пилюлях. Твой дед — практик, значит, должен был тебя хоть чему-то научить.

Может, и учил, вот только тому, предыдущему мне, не было до этого никакого дела. Говорить отшельнику правду — значит, прослыть в его глаза бездарным, а главное, неблагодарным учеником. А этого мне хотелось в последнюю очередь. Не для того я так долго добивался этого разговора, чтобы теперь всё пустить псам под хвост, так что решил вообще ничего не говорить и молча покачал головой.

— Хотя, это неудивительно, — внезапно для самого себя пробубнил Яо Ху и, встав со стула, принялся копаться в прикроватном сундуке.

Пока он этим занимался, я продолжал листать книжку, собирая те крупицы знаний, которые мне удавалось выцедить из общего текста. Этого было явно недостаточно даже для того, чтобы примерно понять принцип действии техники внутреннего ока, но, если мои догадки верны, то она позволяла видеть человека изнутри. Как? Вот это хороший вопрос, на который у меня пока не было ответа.

— Вот, — на стол грохнулась ещё одна книжка, немного тоньше той, которая уже была у меня в руках, а Лис вернулся на своё место.

— Позвольте, угадаю, — произнёс я, попутно открывая её. — В технике создания пилюль мне так же придётся разбираться самому?

Лис молча кивнул.

— Если хочешь спасти деда. У тебя было восемнадцать лет, чтобы хотя бы задуматься о становлении на Путь, но ты выбрал безделье и слишком поздно осознал, что у тебя есть предрасположенность.

— Откуда вам известно, что мне восемнадцать лет, и чем я занимался раньше? — с подозрением спросил я, на мгновение оторвавшись от второго пособия.

— Ответ кроется в технике внутреннего ока. Если сможешь добыть пещерных грибов и освоить технику, то у тебя появится шанс спасти деда, но знай, он слишком стар, и его организм ослаблен ранами. Долго в глубоком сне он не проживёт.

— Понятно.

Раз Яо Ху не собирается мне помогать, значит, придётся найти собственный способ освоить эту технику прежде, чем придётся хоронить ещё одного члена семьи. Правда, в отличие от внутреннего ока, технология производства пилюль была написана куда более лёгким для понимания языком.

То тут, то там мне попадались различные термины, которые я привычно отвёл в отдельную категорию «научных». Всё построение текста было похоже на некий алхимический или даже медицинский трактат. Создание пилюль считалось такой же нормой для практика, как и знание техник и усиление собственного тела. Невозможно только медитировать и прокачивать туловище, укрепляя мышцы, кости и внутренние органы. Как и любому спортсмену, практику требовалась пищевая подпитка, или, проще говоря — стимуляторы.

Этими стимуляторами и должны стать пилюли. Трактат, прочесть полностью который я так и не смог, подробно описывал процесс создания и утверждал, что это классический и оптимальный способ возвышения. Ешь, медитируй, тренируйся. Ну, ей богу, прямо слоган для дешевой книжки по саморазвитию на центральных полках магазина.

Пока Яо Ху заваривал чай, меняя благовония у кровати деда, меня зацепило слово «классический». Несомненно, зачем придумывать колесо, если за тебя его уже придумали⁈ Садись и езжай! Вот только в моём случае я мысленно осознавал форму колеса, приблизительно понимал принцип работы, но вот для воспроизведения мне не хватало грамоты. А значит, там, где есть классика, всегда может родиться и новая классика. Достаточно взять чужое колесо и подстроить его под себя, ведь, в конечном счёте, принцип один и тот же!