Книга Проект: "Возмездие" Книга 7, страница 33 – Игорь Маревский

Устоять у меня получилось, и я продолжил путь. У двери у меня вновь закружилась голова, и, облокотившись о стену, я открыл интерфейс. В личной библиотеке, где хранил файлы воспоминаний разных людей, действительно появилась отдельная полочка. На ней лежал матричный импринт Мыши, с которым я не мог ничего поделать. Все мои попытки взаимодействия оказались тщетными, а когда сердце пропустило удар, я резко открыл глаза и избавился от виртуального меню.

Ну же, взбодрись, Смертник, тебе ещё рано умирать!

Левая рука болталась как мокрая лапша, а параллельно идущая ей нога ощущалась ватной. Я будто вновь вернулся на ВР-3, в измученное и больное тело новорожденного щенка, правда, в этот раз не уверен, что у меня будет достаточно времени для восстановления. Тем не менее, надо двигаться вперёд и хотя бы попытаться выйти за купол.

Я приоткрыл дверь, и в лицо ударил горячий воздух работающего неподалёку устройства. По обе стороны туннеля было спокойно, однако слева были слышны далёкие голоса людей. Меня искали, просто пока не нашли. Медленно выдохнул, убрал револьвер в инвентарь и рабочей рукой подтянул за собой ногу.

Ну что же, пошли…

Я закрыл за собой дверь, чтобы сложенные за ней трупы не привлекали внимания и, пригнувшись, захромал в Комплекс биотермической обработки. Местные постарались в том, что огромную надпись с красной стрелочкой на стене заметит даже слепой и случайно не зайдет туда, куда не надо.

Здесь находилось то, что фактически являлось сердцем и главной гарантией того, что доны получат, за что заплатили. Проще говоря, центр переработки плоти в энергию. В помещении пахло гарью и жжённым мясом, а когда я спрятался за одно из плотно наставленных устройств, послышался вой сирены.

Сначала подумал, что они наконец запустили тревогу, но всё оказалось намного проще. Нельзя, чтобы многочисленные клиенты и меценаты узнали, что в Чёрном узле завелись паразиты, и тем более, что произошёл маленький бунт. Ублюдки наверняка уже придумали, как объяснить временное отключение камер, и сваливали всё на штатное обслуживание.

Плевать, больше с этим местом меня ничего связывает.

Я поднял голову и увидел, как сверху открылся шлюз, и по покатому конвейеру посыпались многочисленные трупы. Сотни тел сваливались в центральный воронкообразный коллектор, от которого и шёл весь жар с паром. На нижнем уровне должны находиться промышленные печи, причём достаточно большие и мощные, чтобы спалить такое количество тел. Также где-то должен находится переходной шлюз, куда будет поступать энергия при горении и питать всю эту громадную структуру.

Гуляющие среди многочисленных устройств, обшитых квадратными металлическими листами, мясозаборники на мгновение отвлеклись, и тут я решил ударить. Добрался до взирающего за процессом человека и одним ударом в спину пронзил ему сердце. Благо вокруг из-за работы устройств, жара печей и шипения пара было достаточно шумно, так что сдавленный крик человека никто не услышал. Я положил его на пол и двинулся дальше.

Если моя ватага прошла здесь — а других путей я не видел — значит, они сами догадались о коллекторном туннеле. Всё, что не сжигалось, как кости и хром, требовалось вывести наружу, чтобы не копилось изнутри. Для этого где-то должен существовать канал, по которому мусор выплёвывали за купол, чтобы не развелось болезней.