Книга Три Царя, страница 339 – Игорь Маревский

— Паскуда сдох? — устало поинтересовался сборщик.

— Да, мертвее некуда, — с легкой улыбкой кивнула девушка.

— Тогда я больше, чем в порядке.

Мира подошла в плотную, и схватив Балдура за подбородок, крутила его голову в разные стороны.

— Раны свежие и, судя по всему, затянулись совсем недавно. Что с тобой произошло? Почему оно тебя так называло? — указывая глефой на труп, донимала вопросами Мира.

Стервятник посмотрел на когти существа, и пробубнил:

— Твои догадки не хуже моих.

— Я, кстати, тоже в порядке, как и Дэйна, если ты спрашиваешь, — Мира поправила волосы. — Ярик и… Сырник должны быть где-то неподалеку. Надеюсь.

— А? — Балдур явно ушел в себя, и не слушал слов женщины.

— Что ты акаешь? Ты меня вообще слушаешь? Что с тобой происходит, Стервятник! Приди наконец в себя.

— Прости Мира, я задумался, — произнес он с ноткой вины в голосе.

— Не время сейчас витать в облаках.

— У моря, — неожиданно даже для самого себя пробормотал Балдур.

— Что? У какого еще моря?

Балдур потряс головой, выгоняя мысли прочь, и взял за руку Миру:

— Прости, ты цела? Что ты помнишь после падения? Как уцелела?

— К чёрту твои извинения, Балдур. Возьми себя в руки, — терпение Миры подходило к концу. — Я очнулась у темной комнаты, Дэйна была рядом.

— Сырник?

— Его с нами не было, как и Ярика.

Мира вкратце, как могла, рассказала ему о дальнейших событиях. Как ей с Дэйной приходилось пробиваться с боем чуть ли не через каждую комнату, пока наконец своими действиями они не вытянули на себя полчища тварей разного калибра.

— Я отправилась за тобой, а она за Яриком и Сырником, они должны быть вместе.

— Должны, — коротко согласился с ней стервятник. — Сырник бы один долго не продержался, а Ярик уже бы пол… чем бы это место не являлось, сжег. Надо найти их скорее, Мира. Сырник…

— Знаю.

Шорох становился всё отчетливее, пока наконец из-под двери не показалась тучная шарообразная тушка.

— Коклоток! — закричал во весь голос Балдур. — Паскуда ты такая, а ну мигом ко мне!

— Это еще кто такой? — с интересом в голосе спросила меридинка.

— Мой раб, — с жестокой твёрдостью, выпалил стервятник.

— Твой кто? — интерес перерос в открытое и нескрываемое удивление.

— Великодушный господин, вы звали ничтожного, беспомощного и ужасно бестолкового раба? — карлик упал на колени перед человеком, краем глаза поглядывая на мёртвую тушу мутанта.

— Ты что, ублюдыш себе надумал? Сдать меня тем ублюдкам хотел? — Балдур разразился гневом, и Мира вновь заметила этот невидимый проблеск в глазах, словно внутри загорается огонь ярости.

Дыхание Коклотока сперло, а от интонации Балдура у него сердце сжималась.

— Нет! Что вы, мой могучий господин! Бесполезный раб никогда бы на такое не пошел! Ублюдыш-раб, лишь хотел их увести от вас подальше, а затем сбежать от пытателей и вернуться к вам. Паскуда-раб, глаз отдал за вас и жизнь с радостью отдаст, если прикажете, озаряющий своей силой господин!

— Балдур, я уже спрашивала, но какого лешего? Ты рабом обзавелся? Совсем с ума сошел? Ты что вообще творишь?

— Позже объясню, сперва убью эту ошибку создания.

— Молю всеми богами, Наичистейший господин, сохраните жизнь, позвольте пас… су… беспо… Позвольте грязному рабу доказать свою верность или разменять свою ничтожную жизнь ради вашего блага.