Книга Три Царя, страница 225 – Игорь Маревский

Он на секунду почувствовал знакомый запах, а перед мутными старческими глазами промелькнули две косички. Он с трудом проглотил кусок, подумал, не показалось ли ему. Быть того не могло. Он отказывался верить. Любава заметила выражение лица старого друга и посмотрела на него с интересом. Наконец пересилив себя, старик развернулся, и окостенелые пальцы вцепились в глиняный стакан.

В самом углу кухни на мешках с крупой сидела девочка лет девяти в обычном сером платьишке. Она смотрела в пол мёртвыми зелеными глазами и покачивалась на месте. Светло-бурые волосы, украшенные синими ленточками да заплетенные в детские две косички, меланхолично болтались вместе с ней. Она теребила в руках маленькую куклу, сплетенную из старого и засохшего сена.

— Как? — смог выдавить из себя старик.

Стряпуха посмотрела на девочку, и тяжело вздохнув, ответила:

— Беженка. Бедняжка совсем одна осталась. Я у речного канала возле города её нашла, потом упрашивала князя на кухню её пристроить, — взгляд её наполнился откровенным материнским горем.

Старик сидел и слушал о том, что последнее время становилось всё больше таких беженцев, что словно мотыльки на свет тянулись к Красограду. Слушал о том, что девочка хоть и мало чего говорит, однако удалось выяснить откуда она. Слушал, что село то, сожгли до основания вместе с тварями там обитавшими. У него не было выбора, и он принимал слова, которые не хотел слышать. Бедняжка. Беженка. Сирота.

Она продолжала говорить и рассказывать, а в голове старца крутилось всего одно имя — Маруська. Он запомнил его на всю жизнь, когда именно она, не испугавшись, напоила его водой. Совсем маленькая и глупенькая, убедила родителей остановиться и помочь дряхлому страннику. Он помнил её живые зеленые глаза. Густую косу. Яркое белое платьишко и неподдельную детскую улыбку.

Однако в тот момент, он видел лишь блеклую тень своего воспоминания. Внезапно словно молнией его поразила мысль, что в тот день, ему хватило сил уберечь лишь её. Выжила ли она именно поэтому или стала жертвой из-за него? Не найди в тот день они его у тракта, стала бы семья беженцев менять свой маршрут. Остановились бы они в конце концов у проклятого села?

Девочка почувствовала на себе пристальный взгляд старика и осмелела поднять глаза. Она на мгновение поймала взор старика, и казалось, узнала его. Однако после мимолетного удивления, она вновь притупила их в пол и что-то мычала под нос. Огромный меридинец вернулся со склада, и достав из кармана грушу, протер о штанину, а затем отдал девочке.

Она слегка заметно кивнула и, оробев, приняла подарок. Меридинец улыбнулся. Тепло очень. Практически по-отечески, и потрепав её по голове, удалился прочь. Он хромал, очень тяжело и очень заметно.

Наказание. Боги заставили его встретить последствие своей нерасторопности. Обереги и защитные заклинания не стоит использовать в подобном состоянии. Он знал это, и всё же в тот день он не смог не удержаться.

В горло больше ничего не лезло. Старик посмотрел перед собой на кувшин с молоком. Он продолжал прокручивать тот день в голове, думать, что могло пойти бы иначе. Чтобы было если бы всё-таки его не встретили.

Любава продолжала вести свой рассказ, как старик внезапно услышал слова. Слова, которые могли привести его к искуплению перед богами и этой маленькой девочкой, одинокой сиротой. Надежда… лишь маленькая надежда на прощение.