Книга Три Царя, страница 141 – Игорь Маревский

Балдур не отличался особой любовью к книгам, по крайней мере как Захкра. По роду деятельности ему приходилось штудировать от корки до корки несколько работ, однако теории он всегда предпочитал практику. Он начал со справочника по заговорам и проклятьям, ведь именно эта тема стала для него столбом преткновения в последнее время.

Стервятник не надеялся найти ответа или волшебную формулу от своей клятвы, но так и не смог пройти мимо одной из самых старинных и больших библиотек мира. В подобных ситуациях он возможно бы обратился к Мире, которая намного больше осведомлена среди духа, но нечто похожее на смесь гордости и стыда заполняли его душу.

Он не мог или попросту был слишком упрям, чтобы разделить своё бремя. Подобная черта нередко ставила его в конфузные ситуации, но бывало и спасала от лишнего внимания чужих глаз. Именно огласки Балдур и старался избегать, особенно и без того будучи прокаженным.

Листая справочники, он зачастую натыкался на рассуждения волхвов о природе проклятий и их сущности. Он вчитывался в слог высокодуховных мудрецов, который нельзя было назвать легким. Порой ему приходилось перечитывать по несколько раз, на что он тратил драгоценное время. Оно, к слову, играло против него. Периодически он начинал ощущать чей-то пристальный взгляд, что растворялся в далекой тьме, едва успев появиться.

Жизнь словно застыла на месте, без доступа к дневному свету, Балдур потерял счет времени. Лишь усталые глаза, которые он периодически потирал, были знаком. Кто-то или что-то зашуршало по углам, не забывая давать о себе знать. Загадочная фигура библиотекаря, личность которого оставалась для него загадкой, так и не появилась, однако даже в этом случае, Балдур не собирался прятаться. Он лишь надеялся, что за отведенное ему время. Он успеет найти хоть что-нибудь, что могло помочь бы с его ситуацией.

Шуршание усилилось и послышался звук похожий на мяуканье, именно в тот момент, когда стервятник принялся за «Ткань вселенной». Он оторвался на мгновение и, не поднимая головы, пробежался глазами по читательскому залу, вернувшись к книге, он понял, что свет вокруг потух, оставляя лишь огонь одинокой свечи на столе.

Балдур оказался полностью отрезанным от остальной части библиотеки, по крайней мере он так счёл. Дальше ближайших книжных полок правила кромешная тьма, откуда продолжали доноситься шуршание и шорох. Балдур медленно отодвинул от себя книги и попытался встать, как голос из неоткуда его опередил.

— Интересный выбор, — промурлыкало из темноты.

Голос библиотекаря казался совершенно пустым, но в то же время мягким и насыщенным. Словно кто-то дергал за все струны цимбалы одновременно, но делал это нежно, без грубости и злости. Балдур сел и попытался взглядом найти источник голоса, что казалось для него совершенно невозможным.

— Известно ли вам, что проход в этот сектор библиотеки считается равным воровству, а воров в Красограде не просто секут, но и колесуют, — еще более сладко проговорил голос.

Ответа не последовало. Вновь раздалось шуршание и мяуканье. Сердце человека застучало быстрее, но, на удивление, чувства опасности он не испытывал. Стервятник успел лишь моргнуть, как почувствовал легкое дуновение ветра, и перед ним, на одной из книжных полок показался библиотекарь.