Книга Три Царя, страница 127 – Игорь Маревский

— Сил нет… — проскулил тот. — Бедро разбито, еле стоять смогу.

— Ну значит будешь ползти, бросим тебя к певчему, вдвоем может чего и наколдуете.

— Певчий жив? — удивился он.

— Жив, жив, только штаны обделал. Ты вставать будешь или нет?

— Помоги, дай руку! Ай! Ай! Ух! Бедро! Стой, дай меч заберу, не могу его потерять.

— Да брось ты его, навоевался уже.

— Нет, помру, но меч не брошу. Я с ним в руках умереть должен и сожжен на костре. С мечом.

Балдур закинул капитана в круг к Воркуту, который уже копался в своей сумочке и бурчал под нос какие-то заклинания. Сражение продолжилось, когда Балдур занял свое место.

Потоки существ не становились реже или меньше, однако поймав нужный ритм, Балдур и его отряд справлялись с ними, хоть и становилось все тяжелее. Палуба была скользкой от крови и внутренностей, от чего страдала устойчивость. Помимо битвы с противником, что в несколько раз превосходил числом, приходилось смотреть под ноги, и не спотыкаться о трупы.

Барабанящий дождь предательски заливал глаза и мешал сфокусироваться на картине происходящего, а покров тьмы и застывшие во времени волны напоминали о сложившейся ситуации. Секунды, которые уходили у певчего на его искусство превращались в часы и даже дни. Чем дольше тянулось время, тем чаще возникало чувство застоя в руках, а дыхание становилось прерывистым и тяжелым.

За спиной послышался голос Вокрута, подняв руки к небу, принялся читать заклинание. Щелчок, и глефа Миры разделилась на два клинка, которые больше подходили для тесного боя. Одним ударом, сопровождающимся небольшим треском молнии, она раздробила череп создания, и кашеобразное содержимое хлынуло в стороны.

Следующий удар не был таким удачным. От дождя, крови и слизи оружие скользило в руках и в конце концов застряло в глазнице у монстра. Она попыталась вернуть его обратно, но тот, заревев, упал и присоединился к остальной куче павших, похоронив с собой оружие меридинки. Мира оказалась с одной свободной рукой, поэтому ей приходилось обходиться простыми атакующими чарами. Для полноценного и масштабного было слишком тесно, к тому же нападающие орды не давали возможности.

Внезапный толчок, и ладья неохотно, словно продираясь сквозь болото или зыбучие пески, сдвинулась с места. Корабельщик заликовал, но уже через мгновение судно остановилось, будто напоровшись на невидимую скалу.

— Нашел! — не обращая внимания на неудачу, прокричал Воркут. — Там, далеко, под водой. Духовные корни, что сдерживают посудину и не дают сдвинуться. Они источник всего.

— Тварь какая или колдун? — сквозь шум сражения крикнула Мира.

— Не знаю, я не привык работать под таким напряжением, я ученный.

— Певчий!

— Не знаю я! Гипотетически может быть и то и то, вокруг Янтарного много каких легенд ходит.

— Балдур?

Стервятник поудобнее перехватил нож обратным хватом, пытаясь привязать его куском ткани к запястью, и рубанул наискось от пупа до плеча.

— Там подводная пещера, с мощным источником духовной энергии, нам до неё никак не добраться.

— Откуда такая уверенность?

— Слишком уж круто для сельского духа, если я прав, — он вонзил клинок существу в глотку, и оттолкнул прочь. —Единственный наш вариант — это скорее убраться отсюда, они не остановятся. Певчий, постарайся еще раз, нас надолго не хватит.