Книга Шанс для рода Шустовых. Том 1, страница 100 – Антон Кун, Игорь Ан

— И что⁈ — с чувством протеста заявила Настя. — Если девчонка, то не могу путешествовать одна?

— Извини, — примирительно произнес я. — Продолжай, я слушаю.

— У меня отец — деспот. Мне дома жизни не было, вот и сбежала. Думала в Китай рвануть, там говорят свободных духов много, и можно обрести чьё-нибудь покровительство.

— Получилось? — заинтересованно спросил я.

— Нет, — грустно ответила Настя и вздохнула. — Не удалось до Китая добраться. Вот и вернулась обратно. Ищу знания здесь, как могу.

Я вновь вспомнил, что она пробралась в библиотеку и пыталась стащить книги по духам и магии. Наверное, она говорила правду о себе. Вот только что-то мне не давало покоя. Что-то она недоговаривала. Возможно, сейчас это было не важно, но докопаться до истины мне очень хотелось.

Какое-то время мы шли молча. Каждый думал о своем. Я даже не заметил, как пролетело время. Стемнело уже, пришлось двигаться медленнее.

— Мы почти пришли, — заявила вдруг Лушка и остановилась.

— Почему остановились? — спросил я.

— Нужно бы осмотреться, — предложил Иван.

— Я пока деревни не вижу. Что высматривать?

— Сторожевые отряды, — ответила за Ивана Лушка. — Тут могут быть охранные патрули. Если им ночью попадемся, не факт, что станут разбираться кто такие.

О таких вещах я признаюсь не подумал. Хотя, наверное, стоило.

— Идем, разделяться нам не стоит, просто будем осторожней.

Я услышал свист за мгновение до того, как понял, что это и тут же пригнулся. Чуть выше того места, где совсем недавно была моя голова в ближайшем дереве торчал арбалетный болт. Ух, тут и такое есть⁈

— Стой, кто идет! — раздалось из кустов слева.

— Стою, — ответил я, подняв руки вверх. — Но кто стреляет в голову тому, с кем собрался говорить?

— А я не в голову. Я выше метил. И попал выше, — возразил мне голос из кустов.

— Согласен, — произнес я, взглянув на болт, засевший в стволе. — Выходи и поговорим, — предложил я невидимке.

— А чего б не выйти? — ответили из кустов на приглашение. — Только нас тут много. Если дернешься застрелят.

— Хорошо, стою спокойно, — усмехнулся я.

Ветки зашевелились, и из кустов вышел низкорослый полный мужик. Одет он был в обычную деревенскую одежду: штаны, длинную подпоясанную рубаху и короткие сапоги грубой выделки. Видимо, деревня не бедствовала. На голове мужика была какая-то несуразная шапка — помесь буденовки с ушанкой.

Полный, бодро переваливаясь с ноги на ногу, шел в наше сторону. За пару метров его движения замедлились, и он стал всматриваться в темноту, пытаясь разглядеть лица. Потом вдруг замер и грохнулся на колени.

— Никита Васильевич, свет наш! Это и в заправду вы?

Он подполз поближе. Лушка шагнула вперед и бросилась мужику на шею.

— Семён Петрович!

— Лушка! Шельма ты этакая!

Мужик обнимал девушку, а из его глаз лились слезы.

— Никита Васильевич, — бормотал он. — Как же так? Ведь мы думали, что вы погибли. Там в имении. А как же батюшка ваш? Как матушка?

— Мертвы, — выдохнул я, понимая, что чувствую пустоту где-то внутри. — Только я выжил.

— Горе-то какое! — запричитал мужик.

Я видел, что он искренне переживает, но все же никогда не мог понять, когда мужики так себя ведут. Бабы ладно. Но в моем понимании мужик должен быть стоек к любым невзгодам. Пусть даже его близкие погибли. Месть — это дело святое, но распускать сопли не моё. Но все люди разные, и я был рад, что все обошлось, что не придется драться ещё с кем-то прямо сейчас.