Книга Князь Сибирский. Том 2, страница 62 – Антон Кун, Игорь Ан

Я наблюдал сквозь крохотную щелку между рамой и шторой за перроном.

Люди в форме на общие вагоны смотрели внимательно, видимо, решили, мы будем прятаться в них. Они осматривали каждого выходящего, словно обнюхивали его. Уверен, Олесю-то они все знали в лицо, а искали в первую очередь меня. Может тоже решили подняться за мой счет?

— Кто-то остался в вагоне? — спросил один из форменных проводника.

Тот зашел в вагон, сделал вид, что очень внимательно его осматривает и вернулся обратно.

— Нет, все вышли. Если вы кого-то встречаете, то возможно, он ехал в другом вагоне. Если вы назовете мне фамилию, я могу поискать по спискам пассажиров.

— Нет, — отрезал форменный и отошел от вагона.

Проводник поднялся в тамбур и закрыл дверь вагона, ведущую на перрон.

Подошел к купе и приоткрыл створку.

— Выходите, но к окнам в тамбуре не приближайтесь.

Я пропустил Олесю вперед и двинулся следом.

В тамбуре железнодорожник долго осматривал переплетение путей за окном, высматривая нет ли кого подозрительного. Наконец, видимо убедившись, что все в порядке, открыл дверь ключом и аккуратно толкнул ее от себя. Когда раздался тихий скрип, он скривился, как от зубной боли и замер. Через секунду продолжил. На этот раз дверь не скрипела.

— Спускайтесь и идите прямо. Сейчас пойдет маневровый с товарными вагонами. Как раз успеете перейти эти пути. Затем он перекроет видимость минут на пять. Может чуть дольше. Сможете незаметно ускользнуть.

— Спасибо! — я был искренне благодарен за помощь.

Тем более этот человек никому не был обязан помогать. Но мир не без добрых людей, как когда-то очень давно любил говорить мой отец. Меня немного смущало то, что я должен был сделать дальше, но безопасность прежде всего. Уверен, проводник бы и сам согласился на это.

Я еще раз поблагодарил человека за помощь и легонько коснулся его разрядом, что незаметно скользнул по ладони. Проводник отключился и стек по стене тамбура. Я аккуратно усадил его так, чтобы он не упал и спустился следом за Олесей.

Через пять-семь минут проводник очнется, но не будет ничего помнить. Правда любой, кто его решит допросить сможет выяснить что случилось ранее, как я разбирался с полицейскими. Да и это воздействие легко заметить. Ведь он не будет помнить не только, что мы приходили в вагон, но и как выпускал людей по прибытии. Так что так себе защита, но другую я пока не освоил. Что могу, то и делаю.

Дверцу я плотно прикрыл, а затем с силой надавил до характерного металлического щелчка. Правда, одновременно с ним, что-то хрустнуло у меня в боку, причинив боль, выбившую у меня искры из глаз, но тут сам виноват. Мог бы и подумать немного.

Ребра до конца не зажили и сейчас я еще немного добавил себе проблем.

Я сунул руку под куртку. Вытащил и уставился на размазанную по пальцам кровь. Олеся, заметив это, ойкнула и поджала губы.

Чего волноваться-то? Ну кровоточит рана. Ничего до свадьбы заживет. Надеюсь. Тут главное новых дырок не допустить. Моё тело мне нравилось, и я хотел бы оставить его в целости и сохранности. Оно и девчонкам нравилось, но девчонки любят и со шрамами.

Мы побежали от поезда в сторону, куда нам указал проводник. Я не мог развить какую-то особую скорость, так что бежали мы довольно медленно. Тем более, что запорошенные снегом камни оказались до ужаса скользкими.