Книга Мастер кристаллов 1, страница 116 – Игорь Ан

Кажется, мне пора было отвлечься, а то голову сломать можно. Пора было отпустить мысли и просто привести себя в порядок.

Я сжал колокольчик в ладони, уселся удобней, прикрыл глаза.

Что ж… посмотрим, получится ли у меня обойтись без встречи с тварью из бездны.

Я остался один.

Колокольчик лежал в ладони — тёплый, успокаивающий. Я сжал его покрепче, чувствуя пальцами каждый завиток, каждую выемку на поверхности металла. Маленькая частичка Лимы, которая должна была стать моим якорем в море бессознательного.

Я уселся поудобнее, скрестил ноги, выпрямил спину. Камень подо мной был всё таким же тёплым, будто впитал лучи утреннего солнца и теперь делился ими, словно старый друг, готовый поддержать в трудный час.

Я закрыл глаза.

Вдох. Выдох. Медленно, глубоко, как учила Лима.

Сначала ничего не происходило. Только привычный шум леса — шелест листьев, далёкий птичий крик, тихое жужжание насекомых. Я дышал, стараясь не думать о твари, о бездне, о чёрных щупальцах, тянущихся ко мне из тьмы.

Получалось плохо, но я старался, и наконец, удалось.

Вдох. Выдох.

Рада — она была везде. Я чувствовал её кожей, волосами, кончиками пальцев. Она витала в воздухе, искрилась в косых лучах, опускалась на траву тончайшей золотистой пыльцой. Миллионы крошечных частиц, каждая из которых несла в себе жизнь, силу, возможность.

Я вдохнул, и вместе с воздухом в меня вошла первая пылинка.

Она скользнула по горлу, оставляя пряный, сладковатый след. Не перец, как в первый раз, а что-то более тонкое, изысканное. Привкус мёда и солнца, лета и свободы. Пылинка опустилась, туда, где прятались корни, и я почувствовал лёгкое тепло — будто внутри зажгли крошечную свечу.

Ещё вдох. Ещё пылинка.

Я не торопился. Не жадничал. Просто дышал — и с каждым вздохом рада входила в меня, тонкими струйками стекала в духовный корень, растекалась по телу тёплой волной. Это было похоже на то, как если бы лёг в тёплую ванну после долгого холодного дня — тело расслаблялось, уходило напряжение, уходила боль.

Уходило всё.

Я чувствовал, как тают узлы в плечах, как отпускает затёкшую после вчерашней стройки спину, как разжимаются невидимые тиски, сжимавшие грудь последние дни. Мышцы становились мягкими, податливыми, словно воск. Я переставал чувствовать границы своего тела — оно словно растворялось в этом камне, в этом лесу, в этом золотистом мареве рады.

Вдох. Выдох. Вдох. Выдох.

Пальцы сжимали колокольчик. Металл был живым, он дышал вместе со мной, пульсировал в такт сердцу. Он был моим якорем, моей ниточкой, связывающей с реальностью, с этим миром, с этим камнем.

Краем сознания я ощутил, как мир начал меняться.

Сначала просто лёгкое головокружение — как будто я слишком быстро встал. Потом перед внутренним взором начали проступать очертания. Тонкие, едва заметные линии, золотистые нити, тянущиеся отовсюду. От камня, от деревьев, от каждой травинки. Они переплетались, расходились, уходили в небо и в землю, создавая невероятную, сложную паутину.

Корни.

Я видел их отчётливо, как в тот раз, перед атакой твари. Но теперь они не пугали — они завораживали. Живая сеть, связывающая всё в этом лесу. И мои корни — тонкие, ещё слабые, но уже тянущиеся вниз, в камень, в самое сердце планеты.

Глубже. Ещё глубже. Ещё…