Книга Госпожа не-мертвых, страница 83 – Роман Г. Артемьев

— Что случилось?

— Она залезла за ограду, огонь впитался в неё, — коротко ответил Реджи. Он быстро соображал, что делать дальше. — Уходим. Ты понесешь магичку. Связывай, я уберу следы.

Переноска раненого вампира, впавшего в кому — занятие опасное. Нежить инстинктивно тянется высосать жизнь из ближайшего источника, игнорируя любые помехи. Может вцепиться даже в другого вампира, если почувствует в том кровь. Поэтому прежде, чем куда-то тащить раненого собрата, его тщательно связывали особыми веревками, в том числе вставляя в рот кляп. Гарантий, что не вырвется, путы не давали, зато позволяли выиграть время.

Пока Сойжур быстро и осторожно связывал магичку, Реджи, натянув специальные перчатки, быстро убирал артефакты в сумку. Черты его заострились, выдавая тихое бешенство. Ему хотелось проклясть и Каше, забывшую о технике безопасности, и жрецов, непонятно с какого перепуга решивших залезть в давно заброшенный храм, и себя самого за то, что расслабился. Будто в первый раз с магами работает! Собрав артефакты Каше, он столь же быстро и тщательно вернул обратно предметы святителей, до миллиметра восстановив прежнюю обстановку, затем прихваченными из леса ветками стер следы колен и ног. Если повезет, маги не поймут, что внизу кто-то побывал, и спишут исчезновение духа на естественные причины. Или на какие-то свои действия.

— Уходим, — приказал он, покидая камеру. — Здесь прибрал?

— Да, всё чисто. Осталось подмести.

— Иди наверх, я сделаю.

Закинув на плечо замотанную магичку, Сойжур неслышно побежал наверх. Сержант аккуратно убрал его и свои следы, в последний раз окинул взглядом прихожую, убедившись, что ничего большего сделать нельзя, и тоже начал подниматься по лестнице.

Хотелось ругаться.

Хозяйка ночной Талеи стремительно шагала по коридору, мрачным видом заставляя встречных склоняться в торопливых поклонах. Не то чтобы Селеста в прошлом наказывала на кого-то без повода — просто окружавшее её облако клокочущей злой энергии без слов свидетельствовало о раздражении Госпожи. Никому не хотелось ненароком вызвать её недовольство.

Стоило ей войти в лабораторию, как все присутствующие дружно опустились на одно колено. Стоять остался лишь Хастин, внимательно рассматривавший сделанные в подземелье храма записи, и Каше по-прежнему неподвижно лежала на столе.

— Докладывай, Реджи. Что там произошло?

Гвардейцы вернулись только что, с места последней стоянки предупредив по зеркалу о скором приезде. Селеста закрутилась с другими делами и потому слегка опоздала. Доклад она слушала внимательно, попутно осторожно сканируя Каше и поглядывая на молчаливого Хастина. Как бы хорошо она ни относилась к младшей магичке, та не была её птенцом. Хастина произошедшее задело глубже.

— Достаточно, — уяснив основное, прервала она сержанта. — Собирэ, ты что-нибудь чувствуешь?

— Холод и жару одновременно, госпожа Селеста. Постоянно хочется есть, госпожа Селеста. Очень сильно.

Голос служанки звучал устало, печально и самую чуточку удивленно, последнее оттого, что она не ожидала, будто всемогущая глава немертвых помнит её имя. Для Селесты с её тренированной памятью держать в голове имена всех сколько-нибудь значимых фигур было не сложно. Одно время она боялась, что после определенного порога начнет забывать события прошлого, но пока признаков ухудшения не наблюдалось.