Книга Госпожа не-мертвых, страница 37 – Роман Г. Артемьев

Обосновался один из влиятельнейших вампиров города на задворках большой гостиницы, принадлежащей семье, поколениями служившей темному роду. Место проходное, посетителей много, и они самые разные, начиная от обычных ремесленников и заканчивая приехавшими в город по делам дворянами. Войти в гостиничный комплекс было легко, потеряться среди конюшен, амбаров, других хозяйственных построек — ещё легче, а вот попасть непосредственно в кабинет Пекара без проводника практически невозможно. Селесту сопровождал Раль, щегольски разодетый телохранитель Медеи, и только поэтому два поста охраны пропустили визитеров без вопросов.

Пекар, разумеется, госпожу узнал. Со всеми вампирами, вышедшими из детского возраста и способными посетить Талею, она знакомилась лично. Беседовала, отвечала на вопросы, сама спрашивала, пытаясь понять, чего стоит её новый подданный и куда его лучше пристроить. Когда-нибудь сложившаяся в первые века новой эры практика исчезнет, но пока что она действенна. Кроме того, старшие крупных общин часто отчитывались перед Селестой посредством колдовства, поэтому можно сказать, что Пекара она знала неплохо.

— Нам и проще, и сложнее одновременно, — разливая чай по чашкам, рассуждал он. — У нас непропорционально большое количество молодых идёт путями Искусства. Пример правительницы города сказывается, да и общая атмосфера… Повышенная эмоциональность приносит в среднем гораздо меньше вреда, чем следование примитивным инстинктам. К тому же, в отличие от Талеи, мы изначально не стремились использовать криминал — не было нужды.

— Зачастую низы лучше ориентируются в происходящем, чем верхи, — заметила Селеста. — Например, если где-то появляется новый восставший, они узнают первыми.

— Безусловно, госпожа. Никаких проблем: беднякам известно, что мы хорошо оплачиваем интересные сведения, поэтому нам о случаях с возможной мистической подоплекой сообщают даже раньше, чем страже.

— Что насчет религиозного аспекта?

Служащих Морвану сект было много, секты были разные. Одни провозглашали очищение через разрушение, другие стремились к самосовершенствованию через испытания (Госпожа лично запустила в массы тезис «всё, что нас не убивает, делает нас сильнее»), сложнейшая философия культа абсолютного насилия сводилась к простому «кто сильней, тот и прав». Некоторые считали необходимым убивать человека не менее одного раза в год, другие стремились к балансу в отношениях, исповедуя принцип око-за-око; были и такие, что поговаривали о непротивлении злу. Так или иначе, с грязью работали все.

— Страна Синевы — веротерпимое государство. Правительство, разумеется, прижимает деструктивные секты, но до тех пор, пока закон соблюдается, их не трогают. На бытовом уровне всё несколько сложнее, к слугам Морвана относятся с опаской и ненавистью, кое-где могут убить. Но, опять же — чем выше уровень образования, тем спокойнее смертные относятся к сектантам.

— Странно. Мой личный опыт говорит, что с нищетой проще работать.

— С нищетой — да, с бедностью — нет. Когда у человека нет вообще ничего, он согласится торговать собственной кровью и сотрудничать с кем угодно. Когда у него появляется хоть что-то, он начинает осторожничать, пытается сохранить полученное и хуже идет на контакт. Образованные люди, то есть дворяне и богатые купцы, показывают другое мышление. Более скептическое. Они меньше верят слухам и ориентируются на собственное мнение, отсюда желание разобраться, поговорить. Конечно, если речь не идёт о фанатиках.