Онлайн книга «Немая смерть»
|
Уже по дороге домой мне пришло в голову, что общаться со змеиным саннином намного проще, чем с Учиха. Тип он своеобразный, чудовищно эгоистичный и столь же опасный, с гибкой моралью, позволяющей пойти на практически любое преступление. У меня от него волосы дыбом встают и холодок по коже временами пробегает. Тем не менее, он умен, харизматичен и по-своему честен, отказываясь в разговоре играть оттенками смыслов. Кажется, подобная прямота для него служит чем-то вроде вызова окружающим и своеобразного доказательства силы. Дескать, смотрите — я могу говорить то, что думаю, а вы нет. Неудивительно, что клановые бесятся. Беготня посольских по приёмам, обедам и дружеским беседам за чашкой чая начала давать результат примерно месяца через два, и это ещё хороший результат. Всё-таки в Конохе Узумаки почти свои, отношение к нам в целом доброжелательное. С Хьюга переговоры велись, помнится, лет пять, прежде чем состоялось подписание договора. То, что дело идёт к финалу, стало понятно, когда Аой-сама принялся вылезать из своей берлоги на втором этаже. Все предварительные вопросы согласовали помощники, и факт появления на сцене главы посольства означал, что речь идёт об окончательном варианте договорённостей. С Хокаге-сама старейшина встречался неофициально, они «случайно» сталкивались на приёмах или ещё где, зато с клевретами Сарутоби — Митокадо Хомурой и Утатане Кохару — общался несколько раз, и после тех разговоров рожи у них были кислые. Похоже, у нас нашлось, чем надавить. Призывные животные мотались на Узушио и обратно едва ли не ежедневно, фуин-комплекс дальней связи работал с дичайшим напряжением, потому что помимо старейшины им пользовались представители всех благородных семей клана, и каждый советовался со своим главой, докладывал обстановку и получал инструкции… У этого периода моей жизни имелись свои плюсы и свои минусы. Плюсы заключались в новых знакомствах и общении с самыми разными людьми, минусы в том же самом. Нет, совершенно серьёзно! Я перезнакомилась с политической и воинской элитой Конохи (как правило, они совпадали, но встречались исключения вроде Майто Дая, Марубоши Косуке или Харуно Дайфуку), мы говорили на самые разные темы, я вынесла из этих бесед много нового и полезного. В то же время, приходилось постоянно следить за языком, чтобы не сболтнуть чего-то лишнего. Даже среди ирьенинов, принявших меня в свой круг, на некоторые темы общаться не стоило или, как минимум, надо было проявлять осторожность. Многие люди оказались не такими, какими я их себе представляла. Те же Учиха, к примеру, хоть и надменные засранцы, но вне официальных ситуаций вполне способны шутить, смеяться и говорить гадости. Образ Цунаде-самы, изначально представавшей в моем воображении прямолинейной алкоголичкой, поколебался ещё в первый визит в Коноху и окончательно рассыпался, стоило внимательнее присмотреться к тому, как она рулит госпиталем. Хорошо рулит, жестко, но без перегибов. Будущий нукенин и всеобщая страшилка Орочимару оказался вполне адекватным — насколько этот термин применим к шиноби — человеком и ученым, его психические отклонения в пределах нормы. Хотя, не исключено, успешно скрывает. Жених моей заклятой подруги, Минато-кун… Честно сказать, слабо представляю его в должности хокаге. Глава клана или, тем более, скрытой деревни по определению должен быть хитрожопой ядовитой тварью, иные в нашем обществе не выживают. На мой взгляд, Намикадзе слишком открыт и слишком добр. Ну, может, ещё укатают сивку крутые горки — как-никак, Третья война на носу. |