Книга В земле чужой, страница 96 – Роман Г. Артемьев

— У Хвостовых, где мы гостили, на вотчину Строковы напали без особой опаски.

— Хвостовская вотчина — Смолов городок, в нём Ратмир Данятович с семьёй живёт. Туда Строковы не суются.

Вот такие разговоры мы вели в перерывах. В основном Бран Брячиславович гонял меня с оружием, заставляя держать защиту и одновременно требуя применять слабенькие атакующие заклятья. Развивал многозадачность, попросту говоря. Попутно мы беседовали о том о сём, и, исходя из смутных ощущений, узнавал он больше, чем рассказывал. Потому что я, например, не видел причин скрывать, чем дышат Хвостовы, насколько ветви рода дружны между собой и прочие мелочи, заметные при общении. Всё-таки посольство у них на подворье живёт, поневоле подобные нюансы замечаешь. Точно так же не собирался утаивать мнение о Белых — уверен, Снежана Брячиславовна часто обсуждает их с братом. Рассказать о них он может побольше меня, просто хочет услышать ещё одну точку зрения.

У нас тут не компьютерная игрушка и не фантастический роман, а суровая реальность, в которой я — не главный герой. Даже не обычный герой. Двоюродный прадед недавно напомнил, какими возможностями должен обладать человек, всерьёз способный влиять на общество. Ни по одному параметру я не подхожу.

Не то, чтобы очень хотелось оставить след в истории, но… Но.

На данный момент я, скажем прямо, ресурс. Для деда, для Веселы Желановны, для любого влиятельного человека. Такова сермяжная правда, расстраиваться из-за неё глупо. Радует, что ресурс не одноразовый и перспективный, имеет смысл в него вкладываться и беречь. Это позволяет надеяться когда-нибудь достичь уровня, на котором со мной будут считаться. Благо что подходящий «лифт» давно известен и с ним налажен контакт.

Тем не менее, Бран Брячиславович верно указал — не стоит ограничиваться личной силой и сопутствующим ей духовным влиянием. Связи, деньги, преданные люди тоже нужны. Не случайно же почти все девятки, что ступени, что круги, окружены свитой из учеников, последователей и тому подобных спутников, иногда, по сути, являющихся прикомандированными представителями крупных структур. До такого уровня, конечно, ещё далеко, но закладывать основу будущего могущества следует уже сейчас.

Поэтому честно признаю́, что в решении попытаться помочь Дорожу Елкину имелась доля эгоистичных мотивов. Купец производил впечатление человека, отвечающего за своё слово, заиметь его в должниках выглядело соблазнительным.

— … пришлось уйти. Что с собой на конях и в паре телег везли, то спасли, остальной товар почти весь оставили.

— Как, напомни, главного звали?

— Прекрас Путятин сын Гутин. Мы потом деревенских поспрошали — живет неподалеку такой, обликом схож.

Гутины — подручники Вышатичей, то есть покровительствуют им на самом верху. Вот один из Гутиных и решил заняться дорожным грабежом, пощипать торгашей. Занятие малопочтенное, и вместе с тем встречающееся повсеместно, с ним даже не везде борются, исходя из положения, что в своей вотчине хозяин властен. Купцы риск понимают, потому везде путешествуют с хорошей охраной. Дорожу повезло — видя, что охранники злые и драка без потерь не обойдётся, их отпустили, не преследуя. Хотя товар забрали, да.

Особо не надеясь на успех, купец ткнулся туда-сюда, везде закономерно получив отлуп. Ему прямо сказали, что наказать Прекраса не получится. Особенности местного судопроизводства, о чем Дорож, в общем-то, знал, из-за чего отказам не удивился. Тем не менее, добравшись до Восходнего и узнав, что в городе гостит старейшина Синеокого, приободрился. Пусть украденное не вернуть, так хотя бы жизнь татю попортить. Он явился на подворье Хвостовых, изложил свое дело охране при входе и стал ждать.