Книга В земле чужой, страница 11 – Роман Г. Артемьев

Я тоже мог бы обратиться к Исцеляющей, но, во-первых, уже крепко повязан с Синеоким, во-вторых, мне здесь нравится широта охвата изучаемых предметов. Ну и чувство благодарности поверившему в меня человеку присутствует, куда ж без него. Так вот, одной медициной Весела Желановна не ограничивается, постоянно давая отсылки в смежные сферы. Изучая контактные мороки щадящего действия, она попутно прошлась по влиянию на память, мимоходом заметив, что вообще-то рано, но защититься надо уметь. Или, другой пример, посвятила два занятия артефакторике, рассказывая о создании временных протезов и их влиянии на скорость заживления травм.

Иными словами, она готовила специалистов широчайшего профиля. Уступающих коллегам в узких областях, зато добирающих своё разноплановостью знаний. Не знаю, зачем ей (и, подозреваю, верхушке Обители) это нужно, но, наверное, нужно. Старцы Синеокого всегда производили на меня впечатление чрезвычайно рациональных типов, просто так они ничего делать не станут.

— Не всё забыл, — подытожила наставница двухчасовой марафон вопросов и ответов. — Хорошо бы тебя ещё поспрашивать, да времени нет, стемнеет скоро.

Я постарался незаметно облегченно выдохнуть. День ушел на беготню по делам деда, вечер превратился в импровизированный экзамен. Давно столько не болтал. Силенок почти не оставалось; не уверен, что смог бы выдержать ещё хотя бы полчаса в прежнем темпе.

— Надо тебе при Обители хотя бы пару месяцев пожить, — с сожалением отметила Весела Желановна. — Старые навыки подтянуть, новые — освоить. Тебя как, не отпустят на время?

— Отпустят, наверное. Только не прямо сейчас. Лето закончится, договор с Охватом тоже, и отряд на север подастся, в белозерские земли. Новый ряд ближе к зиме действовать начнет. Поэтому дед всех, кто хочет, по домам на побывку отпускает, лишь бы к условному сроку явились. Думаю, я смогу договориться, чтобы мне побольше времени выделили.

— А на что вы в Белозерье подрядились?

— Темный лес чистить. Есть там один на востоке, клином врезается между Белозерьем и новгородскими землями.

— Хм, — задумчиво постучала пальцами по столу старица. — У тебя ведь мать из Новгород-Восходнего родом, верно?

— Так и есть, Весела Желановна.

— Из чьих она?

— Из Белы́х.

— Бывал у них?

— Не довелось, — поколебавшись, решил сказать прямо. О семейных отношениях, конечно, лучше бы не распространяться, но не бог весть тайна какая, да и не любит целительница сплетничать. Вернее, любит, просто есть закрытые темы, о которых она молчит. — Тамошняя родня нас недолюбливает. У матери жених был какой-то знатный, а она ему отказала и за отца пошла.

— Страсти какие, — цокнула языком женщина. — Ладно, потом подробнее расскажешь. Ты завтра до обеда в Обители появишься?

— Вряд ли. Утром у меня встреча с купцами, от них быстро не выбраться.

— Вот и хорошо, я с утра тоже занята. К полудню приходи в Лечебную Избу. Поможешь мне одному блаженному хитин с груди убирать — он, видишь ли, решил кожу укрепить, чтобы стрелой не прошибало. Укрепил. Теперь избавиться не может.

Людей относительно немного, а все пути в княжестве ведут в Березов. Столица в принципе стоит на перекрестье двух больших дорог, с юга на север и с востока на запад, да ещё и несколько второстепенных сюда ведут. Поэтому запросто можно наткнуться на хорошего знакомого с другого конца земли, внезапные встречи никого не удивляют.