Книга FATALITY. Наследники, страница 70 – Владимир Ахматов

«Вот сраный сученок!»

— Неплохо, для начинающего, но не мой уровень… — ядовито крикнул Шестой, зависнув в десяти метрах справа. — Кстати, ты помнишь Зорга? — в пухлых руках толстого пацана чернел шестиствольный пулемёт. Он провёл коротким пальцем-сарделькой, по царапине, на одном из стволов.

Марина, конечно, помнила бульдога — одного из херувимов Шестого. Была бы она человеком, от его зубов на плече остались бы шламы.

— Один раз я уже отделала твою псину, могу повторить!

Ей показалось, что пулемёт тихо зарычал.

— Выходит, помнишь! — жирное тело мальчика колебалось, как холодец. — Это его смертоносная форма! Прощайся с жизнью! Зо-о-о-орг!!! — Шесть чёрных стволов начали вращаться, извергая вместо пуль сотни плазменных сгустков. Да так быстро!

Но Мара не боялась — небесная защита хоть и недолго, но продержится. Сгустки плазмы, как плевки останавливались в полуметре от неё, затем с шипением сползая по стенкам голубого кокона, который пронзительно звенел. Паша и Маша порхали рядом, заняв любимые места — за правым и левым плечом.

— Дорогуша, ему известны все наши уловки… — констатировала факт Маша.

— Он сильнее нас… — равнодушно заметил Паша.

— Попробуем «Первичное слияние»? — хитро предложила Мара.

— Хм, должно сработать! — подмигнул крылатый Горностай.

— Но нам нужно несколько минут, чтобы собрать достаточно энергии, а Паша не сможет поддерживать защиту — ты останешься с врагом один на один… Выдержишь? — уточнила Маша.

— Выдержу, только давайте побыстрее… — Марина взмыла ввысь, уходя от шквального огня.

Кокон пал — плевки плазмы засвистели мимо. Она летела рывками и загзагами дальше от врага, надеясь, что расстояние рассеет огонь. Глянула вниз. Дела у Глеба не очень. Крысы успели обратить в Перевёртышей всех футболистов, но хотя бы держались вдали от Погребнюка. Шестеро крысенышей лишились браслетов один за другим, мальчишки падали и засыпали на траве. Но оставшиеся пятнадцать, взяли Глеба в кольцо. Тот же, неожиданно прытко юлил, уворачивался, стрелял — чаще по земле, оставляя на зеленом поле рытвины. Перевёртыши старались спрятать браслеты, а Глеб старался не травмировать невинных мальчишек. Его фокус сработал. Неуклюжие враги, попадая в воронки выстрелов, падали навзничь, так что сжечь их браслеты оставалось делом техники.

«Какой он у меня Молодец! Здорово придумал!» — успела подумать Мара, успела удивиться тому, как о нем подумала, успела смутиться, успела уклониться от сотни плазмо-пуль. Ещё бы херувимы успели, пока силы не кончились. Она сильно вывернула крыло, исполняя кульбит на уклонение, крыло отозвалось болью, зато резко сменила направление, уходя ввысь под неправильным углом. Шестой, внизу блажил, матерился, шипел. Внезапно огонь прекратился. Марина глянула через плечо, на нее стремительно летел огромный сгусток зелёной плазмы. Она рухнула в пике, сгусток прошёл поверху, да только вдруг, по-прежнему слишком близко, взорвался россыпью брызг.

Плечо, крыло, нога, щека — вся правая часть тела отозвалась всплеском боли. Мара почти потеряла сознание, но запах горелых волос, перьев и плоти отрезвил.

Она разозлилась:

— Ты достал меня, засранец! — взмахнула, полетела прямо на него.

— Два-ноль! Детка, лети, лети ко мне! — второй подбородок пунцовой кровавой колбасой содрогался под пунцовой мордой Шестого. — Налеталась? Сейчас я тебя прикончу!