Книга Карп в сухой колее. Том 1, страница 123 – Софья Ленская

Поднявшись с пола и отряхнув подол своего черного одеяния – отчего-то Юн Шэню не захотелось надевать белое, пусть прежде он постоянно и носил этот цвет, – он двинулся к выходу из покоев. За дверьми никого не оказалось, но двор преобразился. Слуги, работавшие с самого утра, постарались на славу, украшая все поместье к празднику весны. Все пестрило красным. Яркие фонари висели вдоль галереи, переплетение алых лент, свисавшее с козырьков, мирно покачивалось на морозном ветру. Это было и вправду красиво.

Засмотревшись на праздничный двор, Юн Шэнь подошел ближе к ограждавшим сад перилам и, положив на них руки, ощутил тычок. Он опустил взгляд и приметил, что рядом сидела, недовольно хлопая крыльями, маленькая ласточка.

Чернильный дух.

Юн Шэнь сразу понял, чье это могло быть послание, и это не слишком радовало.

По месту, куда клюнул дух, кривым пятном расползались чернила. Ласточка вновь хлопнула крыльями и беззвучно раскрыла клюв, требуя к себе больше внимания.

— Сяо Янь? – на пробу обратился к духу Юн Шэнь.

Если верить Цао Сяошэ, то духами в форме ласточек пользовался Си Ин. Что ему могло вдруг понадобиться?

Дух склонил голову и снова тряхнул хвостом. Юн Шэнь еще раз отметил слегка настораживающую осмысленность в маленьких черных бусинках глаз ласточки. Похоже, ей не терпелось передать сообщение.

Юн Шэнь вздохнул и, пошарив по карманам, нашел тонкий платок. Не бумага, но пойдет. Расстелив его на перилах, он постучал пальцем, привлекая внимание духа. В этот раз тот повел себя удивительно смирно и быстро обратился кляксой на белом шелке. Постепенно пятно растеклось, приобретая форму изящной вязи скорописи, явно выведенной с легкой небрежностью.

«Приходите в южный павильон».

Слова тоже сквозили этой самой небрежностью. Ни приветствия, ни подписи – ничего больше. Если бы не почерк и чернильный дух, Юн Шэнь бы и внимания на подобную записку не обратил.

Он задумчиво поглядел на переплетение тонких линий и черт. Это послание выглядело слишком уж… фамильярным. Да, именно так. Точно ли оно предназначалось ему? С другой стороны, чернильные духи отличаются аккуратностью в доставке сообщений.

У Юн Шэня были предположения, что могло бы значить такое приглашение, но ни одно из них не обнадеживало. Что, если его личность успели раскрыть? В лицо его видела Дуцзюань, которую наверняка подвергли допросу. А украденная Хэ Циюем вещь у демоницы? Ху Иньлин в отместку за подпорченное лицо могла попытаться потопить Юн Шэня, свалив всю вину на него, ловко добавив в котел правды каплю лжи, чтобы ту стало не отличить. В этом хули-цзин были мастерицами. А что же Сюэ Чжу? Этот юный заклинатель явно не из тех, кто станет держать язык за зубами, и вряд ли утаит встречу с Янь-даою. С подобной юношеской пылкостью думают обычно только после произнесенных слов.

Как же тяжело.

Так или иначе, отправиться в южный павильон Юн Шэнь сможет лишь после того, как поговорит с лекарем Суном. Уж очень не хотелось откладывать эту беседу.

* * *

В лекарской на этот раз было светлее, часть окон открыли, и свет разрезал царивший вокруг полумрак тусклыми отблесками едва пробивающегося через облака солнца. В его рассеивающих лучах в воздухе кружились мелкие пылинки. Даже открытые окна не спасали от удушающе спертого воздуха, в котором смешались пряные, кислые и горькие запахи трав и снадобий. Казалось, сейчас они были даже интенсивнее, чем обычно. Юн Шэнь старался не вдыхать полной грудью, иначе к горлу подступала тошнота.