Книга Путешествие в молодость, страница 44 – Эдуард Поляков, Мефодий Отсюдов

— Дык, мы на пол карасика, - заржал я и, опрокинув в себя остатки алкоголя, засобирался домой.

Я ядрёный как кабан, я имею свой баян.

Я на нём панк-рок пистоню, не найти во мне изъян.

Первый парень на весь край, на меня все бабки в лай.

Ааааааай. Ну и няхай.

"Сектор газа."

Напевал я, сидя на крылечке бабкиного дома, преисполненный чувством собственной важности. А что чего мне ещё оставалось делать?

Расплата за вчерашнее веселье, в виде бодуна средней степени тяжести, минула. Горло, раздражённое воплями песен, благодаря бабкиному чаю на травках, немного отпустило. Голос хриплый, правда, был. Но этот недуг мы в подвиг обратим.

Солнышко клонится к закату. Погода прекрасная, настроение тоже, жопа предвкушает увлекательные и весьма приятные приключения. Что может быть лучше? Если только состыковка с телесами любвеобильной подруги…

Тут я вздохнул. Даже напевать бросил. Давление семенного фонда сброшено не было, а коли уж обещали Светке горячую ночку, готовимся к поездке.

Картину испортил понурый Чиж, выруливший со стороны благоухающего, свежей краской, палисадника. Работнички Саныча поработали на славу.

— Ну что, падаван, готов к труду и обороне? - поприветствовал я малого весьма бодрым тоном, ибо грустный товарищ весь вечер мог заговнять своим настроем.

— И тебе не хворать, - огрызнулся тот.

Я даже слегка опешил, а потом решил тупо выждать. И как это принято говорить в интеллигентных обществах, выдержал театральную паузу. А если по-простому, с охеревшим выражением лица пару минут попялился на малого.

— А чего ты заладил, падаван, падаван. Кто это такой вообще? - не выдержал Чиж моего молчаливого укора.

— Тьфу ты, - выдохнул я. - А я думаю, чего насупился? - смакуя слова, протянул я. - Ты чего легендарный фильм про Звёздных воинов не смотрел что ли?

— А должен был? – удивился звездюк, порушив все мои представления о добром и вечном.

— Писец. Ушла эпоха! Вот молодёжь непросвещенная пошла, - заворчал я, копируя интонации своей бабки. - Запомни и детям передай! Падаван - ученик мудрого и отважного джедая. В данной ситуации джедай - это я. Видал, как я вчера пол села любавинцев, который, как ты помнишь, совершенно не отличаются гостеприимством, одной левой на проставу раскрутил? Учись, студент.

Чиж кивнул, переваривая полученные данные, но глаза понимания не отражали.

— Да блин, - не выдержал я. - В любимом фильме из моей юности так учеников называли! Сленг это. Дошло?

Вот ведь, правда же, припёрся балбес с грустной миной на лице, и мне всю малину изгадил.

— Ааа. Так ты вайб миллениалов скрафтить решил? - хлопнув себя по лбу, радостно завопил Чиж.

Настала моя очередь зависать, и в непонятках хмурить брови.

— Переведите, пожалуйста, - Ай донт спик ин это непонятное наречие, - завис я, пытаясь понять, кто кого троллит.

— Нууу, - протянул Чиж и замолчал, явно подбирая понятные для меня слова. - Такими давно устаревшими и вышедшими из речи выражениями ты пытаешься создать вокруг себя атмосферу своей молодости, чтобы вновь ощутить себя в струе событий, - задвинул подросток.

Вот ведь морда протокольная. Подловил, что ли, получается? А ведь и крыть-то нечем. Если прикинуть, попал, чертяка, в самую точку. Хотя я и не задумывался вроде бы ни о чем таком. Говорил я так чисто на автомате. Ну а если покопаться, то вон оно что Михалыч. Как говорили в одной теле-передачке.