Книга Велесовы сыны, страница 172 – Эдуард Поляков, Дмитрий Васин

А ведь он Лиходеевну помнил, когда она ещё при Союзе в йодо-бромном санатории начинала работать.

Марина Игнатьевна, та уже попозже пришла. На заимку к ней поселилась и открыла в городе свою первую парикмахерскую. Потом, следом, бар, теперь ещё один на подходе. И никто, у них, даже документов ни разу не попросил. А ведь в самом деле, сколько же лет этим дамочкам?!

Все его однокашники, давным-давно или на пенсии, или на кладбище отдыхают. А вот этим двум, хоть бы хны!

Авдотья Лиходеевна вон у хахаля своего прописалась. А Марина Игнатьевна второй бар открывать надумала.

— Аристарх Витимович, ты не на меня смотри, а на соседку свою — Лиходеевну! Сколько этой даме лет, даже предположить боюсь! А она, самая младшая из дочерей царя Лиходея Лиходеевича Заморского! — Рыжебородого старика было прямо-таки не узнать. Он как будто бы даже росточком повыше стал.

Аристарх Витимович же, наоборот, перестал разговаривать и лишь только глаза его, говорили что он всё ещё его слушает.

— Её сюда переправили, потому как она русского богатыря, знаменитого Михайлу Потыка чуть не сгубила! Тот её полюбил, а она Кощея Бессмертного охмурила и Михайлу, прямо в лунный чертог, к нему, заманила.

Там он и сидел на цепи, прикованный, будто пёс.

До тех самых пор сидел, пока в те чертоги, целая ватага друзей его, витязей, не вломилась.

Вот тогда её Усоньша Виевна и спасла. — Леший был что называется в курсе всех событий и интриг происходящих и в Тридевятом, и в Содружестве Суверенных Славянских Миров.

— Из-за этого она сейчас и не у себя, за морем, кофеёк с пирожными попивает, а у вас, в лесу, прошлые долги отрабатывает.

В техномир, сюда, её заодно с Мариной Игнатьевной и перевели, чтобы дотянуться до них нельзя было.

Марина Игнатьевна — киевская ведьма. Знаменитая, знатная и богатая.

В целом городе на неё, никто управу найти не мог.

Пока она богатыря — Добрыню Никитича, в золоторого тура не превратила. Когда, он, к ней посвататься захотел.

Тур, тот, золоторогий, много людей покалечил и другой беды понаделал у Киев-града.

Потоптал хороших людей, деревень и селений порушил число, пока родная тетка Добрыне не помогла. — Эту информацию дед Пихто получил от самой Яги Виевны, чтобы знал, с кем ему работать придётся. — И пришлось тогда Марине Игнатьевне тура этого золоторогого расколдовывать. Но за это, она с него обещание жениться потребовала! И Добрыня, деваться некуда обещал.

— Почему же он тогда до сегодняшнего дня на ней не женился? — Прошептал зачарованный рассказом Аристарх Витимович.

— Отрубил, ей голову богатырь! Вместе с косами, да ещё и во время застолья!

Когда свадебку с ней играли! Перед тем, как поцеловать!

Чисто по красоте, голову Маринке одним ударом и отрубил! — Дед Пихто горестно покачал рыжею головою. — А иначе, так бы золоторогим быком и остался. Бегал бы, мычал, пока кто-нибудь ему золотые рога не отбил и не переплавил.

Даже оба кота в кустах затаили дыхание слушая Дуболома Калиныча, потому как никто никогда и не знал, с кем им каждый приходится иметь дело.

Ну, а леший не торопясь продолжал рассказывать детективный триллер про Тридевятое.

— Хорошо хоть, Усоньша Виевна, быстренько о ней тогда позаботилась. Голову ей место приставила, мёртвой водицею полила, рубленная рана на шее и затянулась.