Онлайн книга «Молодая кровь»
|
— Расслабься. Я в курсе про сегодняшние посиделки на стадионе. Хочу удостовериться, что подготовка на уровне. — Что? Какие посиделки, Сумрак? — замотал головой парень. — Ничего такого, просто костерок… Кузя гитару обещал… — Миша, — я наградил его тяжелым колючим взглядом. — Ты пытаешься шутки свои шутить с самим Сумраком? — Что? Не… Я не… — Я в курсе про вашу вечеринку. Про девушек. И про самогонный аппарат в литейном цехе. Ты что, меня этим враньём обидеть хочешь? — Сумрак, я ничего… Меня просто позвали! — Так я ведь и не против! — уже вкрадчиво, подсознательно копируя манеру допроса Апраксиной, добавил я. — И ведь тоже был молодым когда-то. Архитектор замолчал, опустив глаза в пол. А я добавил: — Да и потом, я ведь на эту вашу вечеринку тоже приглашен… * * * Мы вышли из прохладной тени Башни. Воздух буквально дрожал — от палящего зноя, грохота отбойных молотков и мощного, низкого гула, шедшего откуда-то со стройплощадок. Это басили двигатели тяжелой гражданской грузовой техники — возможно, те самые трансмутаторы, о которых так любил говорить Архитектор. Клавдия Леонтьевна, как всегда, предусмотрела все: у подножия гигантского здания на специально отполированной до зеркального блеска площадке уже ждали два транспортных средства. Ховербайки. Да, это определенно были ховер-мотоциклы. Советские. Я прямо почувствовал жгучую мужскую слезу умиления, а ещё зависть за то, что в моём времени мотоциклы были не летающие, а двухтактные. Передо мной стояли два угловатых приземистых монстра. Их корпуса были покрыты слоем пыли и потертой краски цвета хаки. Массивные крылья над левитационными узлами вместо колёс, да рогатый руль в лучших традициях американских чопперов — неоклассика мотостроения. Суровая и надежная даже на вид техника. Все кричало о советской простоте и утилитарности. А на месте, где у мотоциклов моей реальности обычно располагался бензобак, красовалась крупная литая эмблема: медведь, стоящий на задних лапах перед шестерней. — Наши патрульные ховеры, — пояснил Архитектор. — «ИМЗ „Труженик“», а в народе просто «Ворчун». У моего деда-фронтовика мотоцикл такой был, — провёл парень ладонью по сидушке потасканного жизнью байка. — Клавдия Леонтьевна из общего гаража разрешила брать. Движок старенький, инерционный, еще на гравитационной тяге. Энергоячейки, конечно, на весь рабочий день не хватает, но если на обед ставишь на зарядку, то нормально. Ребята из научного подразделения пытаются наладить выпуск аналогов на наших мощностях, но говорят, что справятся через две недели, не раньше. Я подошёл к своему байку. «Ирбита» у меня в молодости не было, зато была старенькая «Ява», шестивольтовая, еще на одном цилиндре. Её в свои бесправные шестнадцать лет я ласково звал «Матильда». Жаль только, как обычно это бывает в юности, наш роман с «Матильдой» продлился немногим больше месяца. Впрочем, это уже совсем другая история… Поначалу растерялся, как завести этого монстра, однако вопрос решился сам собой. Стоило прикоснуться к рукояти, как нейроинтерфейс предложил активировать двигатель, на что я любезно согласился. Аппарат отозвался вкусным утробным гулом и завис над землей. Архитектор не торопил. Видимо, в его понимании, я так возился, потому что тоже испытывал к этой технике ностальгические чувства. |