Книга Хищник, страница 26 – Эдуард Поляков

Чтобы соблюдать график прокачки, приходилось не выходить из игры по двенадцать часов. Артём ожидал, что двойняшки начнут канючить на третий четвертый день, но этого не произошло. Более того, Герда часто оставалась в капсуле, чтобы, как она объясняла, просто поиграть в свое удовольствие. Каждый раз, когда Дима заводил устный разговор о том, что не нормально находиться в виртуале по 18 часов в сутки, девушка лишь отмахивалась.

К исходу первой недели тайное стало явным. Причина, по которой Герда забросила охоту в костромских лесах и растворилась в виртуале, оказалась проста и банальна.

— Герде что там, медом помазано? - недовольно произнес Бишкек за ужином, глядя на пустующее место за столом.

Кай едко хмыкнул, а Артем подумал: неужели он когда-то был таким же подростком? Заносчивым, упертым и свято уверенным в том, что всё знает лучше всех. Однако в этот раз всё оказалось именно так, брат о сестре знал гораздо больше, чем отец.

— У нее там всяко повеселее, чем есть макароны и гонять лис по лесам, - произнес парень, как бы ни к кому не обращаясь. Хотя было видно: ему жгет сдать сестру. Что это, ревность или зависть, Артём не успел обдумать.

— Говори! - Тихим, но от того не менее угрожающим голосом прорычал бишкек, а вилка в его широкой ладони погнулась, точно канцелярская скрепка.

— А чего говорить? На свидании она! Скаута ГопоМаг помнишь? Вот он, наверно, сейчас ее развлекает. Или танцует, - сказал парень с недвусмысленным намёком.

Герде хоть номинально и было всего десять, но выглядела она как студентка третьекурсница. Обвинить ее ухажера в нездоровых увлечениях вряд ли у кого-то повернулся бы язык, да и скорее всего он не знает о том, сколько девушке лет на самом деле. А Герда в порыве влюбленности скорее всего "забыла" сказать об этом, если говорить прямо, то соврала.

Бишкек, услышав такое из уст сына, потерял голову. Парню следовало подбирать слова, когда он говорил о сестре. Желая насолить Герде, он только что смачно высморкался в душу отца, за что тут же и поплатился.

Артём даже не понял, что произошло, когда всё уже закончелось. Один хлесткий удар, и Кай полетел в угол кухни, врезался в стену, а сверху на него рухнула полка со специями. Но не это было главное, а то, что Бишкеку хватило сил провернуть это, даже не вставая.

Рука Димы, которой он ел арестантский хлеб за грехи молодости, обратилась когтистой звериной лапой. И с этой мохнатой, бугрящейся от мускул, руки на дощатый пол капала кровь Кая.

Артем сначала подумал, что Бишкек зашиб парня. Но Кай вскочил, его лицо трансформировалось в кошачий оскал, а руки покрылись пятнистой шерстью. Парень зашипел, глядя на отца янтарными глазами, а затем серой молнией выскочил в окно и скрылся в ночном лесу.

В этот момент Дима "сломался". Он обессилено рухнул на табурет и посмотрел на свои руки, уже обретающие прежнюю форму.

— Я сожгу эти капсулы к чертям! - произнёс он в пустоту.

Артём ничего не ответил, просто встал, подошел к холодильнику и достал из морозилки бутылку водки.

— Не руби с плеча. Горячая голова тебя никогда до добра не доводила. Давай лучше разгрузим нервы водкой и боксом. У тебя перчатки еще остались? - Артем попытался тактично перевести гнев в иное русло.

— Ей всего десять! Одиннадцать будет в декабре! - Дима говорил, а из его глаз текли слезы.