Книга Заключенный, страница 72 – Эдуард Поляков

Усиления: «Синтетическая мускулатура 2», «Антропобронирование 2».

Пассивные умения: «Нейросеть».

Навыки:

Физические: «Минер 2», «Мастер ближнего боя 1», «Мастер-бомбардир 1» «Гренадер 1».

Практические: «Электрик 4», «Инженер-механик 7», «Энергетик 1», «Полевой медик 3».

Ментальные: «Идентификация 10».

Боевые: нет.

Особые: «Инженер малых дроидов 1».

О как. Теперь я изучил Язык трав, наверное, теперь могу общаться с растениями. Мантию друида мне. Инженер-друид, а что, звучит. Ладно, нет смысла горевать над пролитым молоком. Кто знает, может когда-нибудь этот навык меня сильно выручит. Народ собрался вокруг туши, все хотели урвать сувениры. Еще бы, это ведь большой гремучник – его пасть полна зубов, на всех хватит. Другой вопрос, что эти зубы едва ли меньше, чем локоть взрослого человека, но трофей – дело святое. Надо, наверное, и мне что-нибудь урвать, как-никак это я его задетектил. Мне тоже нужен свой трофей, так, пощекотать ЧСВ. Народ разбирал клыки, кто-то откалывал костяные шипы. Когда толпа закончила с мародерством и принялась брататься отрядами, я подошел к голове этого великана, и палкой выковырнул глаз из самой маленькой пары. Будем отвлекать себя от дурных мыслей экспериментами. И я попробовал покрыть глаз тонким слоем щита спор. Вышло то, что вышло – я его испортил. То есть не так. У меня все получилось, и я покрыл глаз щитом спор, но теперь он был черным.

— Черненький… Интересно у тебя получается, – ко мне подошла Джинкс. – Дай посмотреть.

— Исчезни, – эта баба еще и набралась наглости так невинно завести разговор.

— Ну… Хватит дуться. Ты что, обиделся? – она смотрела на меня такими честными глазами ребенка.

— Вот, – не устоял я и протянул ей черный с металлическим отблеском шарик.

— Подари, пожалуйста, – теперь она по-детски клянчила.

— Извини, но нет. Я еще не забыл то, как ты из меня дебила чуть не сделала, – я не собирался дарить трофей.

— Упс! – глядя на глаз, сказала эта красноволосая девчонка, только сейчас скинув с головы капюшон, и с силой сжала черный глаз, так что он лопнул. – Какая досада.

И следом она серией выстрелов размозжила оставшиеся в глазницах побелевшие глаза.

— Ты что делаешь, тварь, – злости моей не было предела.

— Все потому, что с девочками надо делиться, – парировала она и убежала, потеряв к моей персоне интерес.

Мои мысли о том, как стоит поступить с этой девчонкой, прервал голос Декта.

— Какого рожна вы там творите, – за его спиной стояла вся сборная солянка из зэков и пиратов.

— Бу-бу-бу, – ответила она Декту, и, переведя взгляд на Некро спросила уже его. – Крокодилка, ну мы что, двигаемся?

— Да, двигаемся, – ответил Крок, и протянул мне бластер. – Вот. Заслужил.

— Выдвигаемся. Ведут ОУКБ и Ржевский, остальные не отставать.

— Эй, минутку, – прервал его я. – Я же обещал, что урою тебя, Дект.

И с ходу выпустил ему в лицо три выстрела. Тело обмякло и свалилось на землю лишившись головы. Стояла гробовая тишина и только звонкий смех Джинкс нарушал немой этюд.

— КУВ, сейчас ты был не прав, – сказал мне Бишкек и, выхватив у ОУКБ топор, расколол им мою голову.

А дальше темнота и боль перерождения…

Как же болело все тело. Я минуты две не то что пошевелиться, глаза открыть не мог. Вернее глаза-то я открывал, но вокруг стояла кромешная тьма. Боль немного поутихла и, в очередной раз моргнув, я увидел потолок нашей посадочной капсулы. Я пытался проморгаться и сбросить пелену с глаз, видимость была, будто на голову надели целлофановый пакет. Несмотря на это, я смог различить силуэт. Я знал, чей он. Дект стоял передо мной и пристально смотрел на меня. Когда он понял, что я окончательно отошел, то от души пнул меня ногой в живот, с оттягом, на половину хитпоинтов жизни – прошел крит… Едва я пришел в себя, как снова получил пинок, на этот раз в районе солнечного сплетения и снова потерялся в темноте, смакуя каждый момент боли. Вдохи давались с огромной болью, а в глазах плыли круги. Как только я вырвался из лап обморока, Дект снова с головой погрузил меня в эту реку боли и беспамятства. Интересно, когда ему это надоест? Боль была невыносимой, она совсем не соответствовала реальной. Я, как и все парни, часто дрался в юности, но так больно мне никогда не было. Я раз за разом получал пинок, снимавший мне крохи хитпоинтов, но позволяющий насладиться всеми прелестями мазохизма и терять сознание. Я раз за разом приходил в себя, регенерировал очки жизни и получал очередной нокаут.