Книга Сопряжение. Чернильный маг 5, страница 65 – Эдуард Поляков

— Ой дура-а-ак!

А вот Балтимор, наоборот, подобрался. Ну ещё бы! Не отдавая отчёт собственным словам, Антоха успел наступить на самую большую мозоль всех боевых хомяков, а именно — рост.

Встреться они где-нибудь на узкой тропинке в обычный день, я бы отмахнулся. Высокий уровень и мультикласс Анта в дуэли не оставили бы для хомяка и шанса. Вот только Балтимор был хранителем ключей штормового предела, в котором мы сейчас и находились! А значит, закованный в латы пушистый комок ненависти и самомнения был в самой силе!

— Эй, ты чего? — Антоха прервал свою издёвку.

Хомяк тем временем перехватил поудобнее алебарду и бросился на обидчика.

— Магнус я же его зашибу! — увернулся здоровяк от первого удара.

— Тут, в замке? — глядя на проблемы друга усмехнулся я. — Не получится! Балтимор на своей территории!

И точно! Второй удар наш паллоимитатор принял на щит и попытался было пнуть Балтимора. Вот только распорядитель так сказать применил служебное положение, и пустой доспех обнял Анта со спины.

— Слышишь, мохнатый, — применив какую-то мощную обилку Ант разметал живой доспех по залу. — Я из твоей шкуры стелек нарежу!

— Ладно. Они тут до утра бодаться будут! — махнув на их поединок произнес я остальным. И бросил ключнику. — Балтимор, Это мой друг. Понимаешь? Он тебя оскорбил и я разрешаю его побить. Но если он вдруг погибнет — выселю! И тебя и весь твой клан!

Балтимор не ответил. Используя инструментарий хранителя ключей, он уже во всю развлекался, в отличие от Антона. А палладин… Два десятка статуй и доспехов, принадлежавших когда-то сильнейшим игрокам этого мира, разделились на две команды и принялись играть в хоккей. Причём вместо клюшек они использовали древковое оружие, вроде алебард и копий. А вместо шайбы выступал Ант!

— Оставим его, — беря Костю под руку, бросил я Фобосу.

Стоило нам покинуть открытый зал и попасть в комнату без окон, как Костя начал приходить в себя. Даже сумел задать осмысленный вопрос.

— И зачем мы здесь?

— За Первым Клинком, — сообщил я.

— Он у тебя? — мгновенно подобрался Костя.

Все эти Каины и Семецкие, забытые боги вроде Петра или Мары. За последние полгода я уже успел пообтесаться в обществе небожителей, а вот для Константина этот поворот стал неожиданностью.

— Не совсем, — честно признался я. — Он у джараксуса Адама. А вот он у меня!

С этими словами я запустил руку в торбу контрабандиста и спустя секунду с жестом фокусника вынул из неё тубус. Раскрыв его, развернул находящийся в внутри холст, и прижав углы безделушками, вроде черепа убитого мной Маркуса и гремлинского клинка, продемонстрировал картину.

— Не я конечно знал что ты — изменяющий реальность, но Магнус, как? — поразился Константин. — Она же живая! Картина живая!

— Моя первая специализация — мастер запечатывающих техник, — напомнил я.

— А зачем тебе нужны мы? И для чего это предосторожность, вроде переноса картины в твой нарисованный мир?

— Потому что Первый Клинок в руках человека Каина. И нам предстоит его отобрать.

С этими словами я приложил руки к холсту и тот начал наливаться объёмом.

Всё происходило постепенно и настолько неожиданно, что схватившийся в вечном поединке персонажи картины не сразу нас заметили. Зелёная тропа, рыцарь, его верный конь… А под ногами коня — джараксус в своей природной форме!