Книга Сопряжение. Чернильный маг 5, страница 13 – Эдуард Поляков

— Донер. Один. Или лучше два, — улыбнулся я продавцу, компенсируя незнание языка жестами.

— Ох, француски? — оживился шаурмастер.

— Нет. Русский! Два донера с острым соусом. Спайси! — не знаю зачем ввернул английское слово.

Лицо шаурмена изменилась. Стало каменным, А вот глаза… Давних я увидел неподдельную ненависть.

— Ми не радимо. Затворено! — произнёс он и попытался было закрыть окошко, но я перехватил ручку и оказался сильнее.

— Послушай, любезный… — начав заводиться, произнёс я.

— Рекао сам затворено. Рачуноводство! — дёрнул он силнее.

Но бесполезно. С моим сто девятым он был не соперник. Очевидно шаурмэн тоже прекрасно это понял и теперь на его лице отразилась неподдельная ненависть.

— Не служимо русима! — сквозь зубы процедил он.

А вот эти слова я понял и без переводчика. Русских не обслуживаем, значит? Ну хорошо…

Поначалу возникло стойкое желание выволочь его из ларька, Но только здравого смысла все-таки взяла верх.

Шаурман всё ещё пытался закрыть окошко, я в этом ему немного помог. Вместо сопротивления я с силой дёрнул ручку в другую сторону, стеклянный витраж не выдержал и осыпался осколками.

Посыпались оскорбления, которые были понятны без перевода. Но Теперь мне было даже смешно. Однако спускать момент я тоже не собирался. Вместо того, чтобы вырвать кадык этого бородача, я улыбнулся и, достав блокнот, переписал номер торгового удостоверения этого частника. Потом проконсультируйтесь у Виктории с какого это перепугу страна, которой мы помогаем, так не любит туристов из империи.

— Можно ехать дальше? — негромко произнёс водитель.

То, что он наблюдал за произошедшим, я не сомневался.

— Михаил, — произнёс я поглядев имя водителя на стекле перегородки. — Ты все видел?

Шофёр кивнул, бросив на меня взгляд через зеркало заднего вида.

— Объяснить что произошло?

Несколько секунд водила молчал, подбирал слова. Наконец он созрел.

— Он албанец.

— И что это меняет? — удивился я.

— Как вам объяснить… — замялся Михаил. — А в Сербии сейчас неспокойно. Вы слышали про ситуацию в Косово?

— Можешь не продолжать, — остановил я его, поняв откуда дует ветер.

С подачи европейских «друзей», Югославский конфликт девяносто девятого расколол неделимое государство. Было много жертв, в основном — мирное население. «Гуманитарные бомбардировки» — именно так таблоиды неполживых газет Европы и США назвали войну всего НАТО против маленькой Европейской страны.

Тогда албанские националисты подняли головы. Страна, которая с конца Первой мировой войны не делила граждан по национальному признаку, вдруг оказалась расколота. Резней и притеснениями албанцы выдавили основную часть сербов из Косово. Но были и те, кто не согласился с новыми порядками. Так, спустя двадцать четыре года, началось Приштинское восстание.

Горстка энтузиастов и боевых командиров смогла поднять ополчение. Где-то диалогом, где-то подкупом, а иногда и силой клинка Лука Баранкович объединил сербские Земли. Тогда он вполне мог стать тираном и утопить коллаборационистов в крови, но, не сделал этого. Усмирив бунтующий регион он устранился, передав страну в руки политиков. За что и получил титул князя.

Но я всё ещё не ответил на вопрос «Почему албанцы недолюбливают русских?». Всё просто! Официально, тогда ещё Российская Федерация, не могла помочь сербам в гражданской войне. Но правительство не могло повлиять на добровольцев. Закаленные в горнилах постсоветских конфликтов отставные военные, комбатанты и просто неравнодушные парни пришли на помощь славянским братьям. И среди них, кстати, под началом, тогда ещё полевого командира, Луки Драгановича воевал и мой отец.