Книга Сопряжение. Чернильный маг 5, страница 109 – Эдуард Поляков

— Всё, — буднично, будто чистя картошку на кухне, произнесла Вика. — Дальше с «весла» работать не могу. Перехожу на позицию КПВТ. Прикройте.

Бросив взгляд назад, я увидел смазанный силуэт снайперского оптико-иллюзионного костюма. «Не соврала. Действительно меняет позицию.» — утвлечённо ухмыльнулся я.

Впрочем, я отвлёкся. Совсем забыл про Настю. Внучка или правнучка самой богиня смерти Настя последняя смогла пробудить в себе способности. Причём не без семейного флера костлявой. Девушка стало достойной наследницей своей бабки Мары — проклинательницей! Да ещё какой! После первой моей смерти от рук дубликата, девушка скопила в себе столько ненависти, что её хватило на мгновенное убийство моего дубликата! У него просто остановилось сердце! Вот и сейчас моя фигуристая светловолосая нимфа нашёптывала в кулачок чёрные слова. Впрочем, эффекта я пока не видел.

Ну и последняя, но не по значению, Карина Фон Лейнингейн. Всё моё естество порывалось назвать её «своей», в то время как другая, осознанная часть меня, твердила, что мой враг не Каин или Мефисто, а Лилит.

Но, к чёрту сантименты! Не до них! Умом я осознавал зыбкость момента. Понимал, что сейчас клан и люди, доверившиеся моему слову, как никогда близки к краю. А потому я, полностью осознавая риск, ковырял эту едва покрывшуюся коростой болячку под названием «Силы Искажающего Реальнсть».

Обуздать эти новые силы в одиночку? И думать нечего! Это как пытаться остановить потоп плетёной корзиной! Да я, честно, не пытался. Вместо этого я лишь направить его. Направить против сонмы врагов.

Чернила повиновались. Точно плащ чёрного властелина, или дым от сбитого истребители, они расстилались в шлейф за моей спиной. Но почувствовал силу грядущего срыва, чернила напитались моими эмоциями. В том числе и кровожадностью.

Ручеёк магических чернил за моей спиной сначала превратился в ручей, а затем и в полноводную реку. Именно в этот момент я и осознал, что значит «Сила искажающего реальность!». Незабудковое небо окрашивалась в аквамарин ночи, и даже всемогущее солнце не могло разогнать сумрак моей взбушевавшейся стихии.

Но мне было не страшно. Неизведанность новых сил абсолютно не пугало меня, ведь происходящее вокруг являлось отражением происходящего внутри.

Робко, будто боясь в полной мере повиноваться наитию, я взмахнул рукой. Облачённая в живой доспех конечность разрубила воздух. А вслед за ней, будто край не в меру широкого рукава, последовала и тень чернильной ночи. Вслед за рукой, звёздное полотно сумрака будто повторила взмах руки, обрело материальность и…

Первый и самый стремительный эхо-дракон попал под него точно муха. Тьма смела его, будто легендарные мифический ящер, с полудёжиной наездников, был не больше хлебных крошек с обеденного стола.

Сразу трое слетели с горбатой чешуйчатой спины небесного ящера, и, оглашая небо воплями, полетели вниз. Остальным повезло меньше. В том числе и дракону. Коснувшись тьмы, которую я с лёгкой руки первооткрывателя решил назвать «Чернильной ночью», эхо-дракон будто потерял внутренний стержень. Аморфный, точно выброшенная на камни медуза, он попытался было расправить крылья. Но удержаться на них могучий зверь был не в состоянии.

Позади, на стенах летающего замка раздалось ликование. Что ж, вот так, можно сказать случайно, я нашёл способ как сократить количество крылатых бестий, а заодно и наездников.