Книга Адриана. Наказание любовью, страница 76 – Елена Баукина

Бетти отмыла меня в терме и одела в одно из моих платьев. Оно сидело на мне свободно. Кажется все мои переживания и приключения сказались не лучшим образом на состоянии здоровья. Потом очень долго старалась пудрой, которую выпросила укого-то из девочек, замаскировать разбитую губу. Еды мне дали немного. Побоялись, что станет плохо после долгой голодовки. Накормили сливовым пудингом, который я так ненавижу.

Пока мы с Бетти обедали в столовой, к нам подошли настоятельница монастыря матушка Миранда и Мафета, жрица у которой я бессовестно украл плащ.

— К вам, юная леди прибыл господин советник, Бортис Мюль.

— Тебя ждут суровые испытания, малыш, - пропела белобрысая жричка и подмигнула мне. Демон знает, что творилось в голове у этой служительницы культа.

— Он желает вас забрать отсюда во дворец к отцу, - добавила матушка Миранда и присела на стул рядышком. Мафета устроилась напротив и бессовестно строила мне глазки.

Я очень обрадовался такой новости. Наконец, вернусь домой, к своим друзьям. Стану свободен.

— Это очень хорошая новость, матушка, обещаю я не стану на вас жаловаться...

— Не возвращайся домой, малыш, тебя ждут муки, - предупредила Мамета. - Оставайся здесь. Пусть твой отец сам расплачивается за свои грехи.

— Что, от меня же одни проблемы! А-а-а, вы боитесь, потерять неплохие перспективы. За молчание, отец не дурно откупается не так ли?

— Да, - без тени смущения ответила Миранда. Старуха поступила мудро и не стала отпираться. - Но здесь вам ничего не угрожает. Представьте в каком теперь стусе вы вернетесь в во дворец. Быть женщиной, совсем не одно и то же, что быть мужчиной. В Арк-Горанте, вы оставались в безопасности.

Бедняга Бети так разволновалась от таких разговоров, что перестала есть и даже хотела уйти. Я настоятельно попросил её остаться.

Но я уже не слушал их доводов, вспоминал родной дом. Да и очень хотелось посмотреть на старину Бортиса. Вслед за воспоминания о доме, припомнил и то, что именно он первым нашел меня в таком состоянии тогда в военной палатке. Тогда я был больше похож на самого себя. А сейчас... Сейчас носил платья, кружевные панталоны и вышивал бисером. Какой кошмар!

— Нет, мне здесь совсем не нравится, я вас всех терпеть не могу. Кроме Бети. Да, её я тоже с собой заберу. Дочери берта нужны фрейлины не так ли.

— Меня, - побледнела подружка. - Фрейлиной. Но я... Мой дядя...

— Твой дядя только рад будет. Еще сам к тебе прибежит милости выпрашивать. Но если ты откажешься - я все пойму.

Настоятельница и жричка молчали. Мафета многозначительно вздохнула и покосилась на патронессу монастыря: “Мол, я так и знала”. Бетти вытаращила на меня глаза и некоторое время колебалась с ответом.

— Конечно, я не оставлю тебя, Эндрю. Для этого не обязательно делать меня фрейлиной. Мне достаточно твоей дружбы.

— Пророчество сбудется, матушка, - произнесла жричка с маленькими щиколотками и скучающе зевнул, пошла вон из столовой.

Кое как пообедав, я с отправился напару со своей подружкой и в сопровождении монастырской охраны до монастырской гостиницы, что находилась у одной из стен монастыря. Здесь останавливались не только путешественники, но и родственники девушек, которые иногда приезжали их навещать.

Гостиница оказалась не из дешевых. Поэтому в ней мог без зазрения устроиться любой знатный гражданин Сендарина. Конечно были номера и для более скромных постояльцев, к которым Бортис Мюль не относился. Монастырь не дурно наживался на родителях своих воспитанниц.