Книга Адриана. Наказание любовью, страница 31 – Елена Баукина

Путников уже поджидали у стен святилища. Десяток фигур в темных плащах, с оружием. Был среди них и единственный боевой маг, старичок, державший в руке пылающую не обжигающим зеленоватым пламенем булаву. Таких вот волшебников во всём Тизине-Листбоке осталось от силы несколько человек.

— Вот как принято у вас встречать гостей, - предводитель небольшого отряда снял с головы капюшон, показав лицо, это был советник берта-правителя Люциуса Хаминга, Бортис Мюль. Его личность хорошо знали во многих концах степных просторов. Ещё бы, столько лет бок о бок с самым грозным покорителем земель.

— Мы не звали вас, господа, - достаточно смело и строго ответил ему человек в чёрной робе с длиной седой бородой. Его личность тоже оказалась известной. Перед Бортисом стоял сам глава конфессии светлейший Тобольт Юзе. Надо же какая честь! Похоже храмовники знали о намереньях советника берта-правителя и подготовились к встрече основательно.

— Знаешь ли ты, светлейший, цель моей встречи с тобой? - спросил Бортис. Он всё ещё сидел на коне. Его рука лежала на ложе мушкета.

— Как не знать!

— Я прибыл к вам от имени берта Люциуса поговорить, так сказать, по-хорошему.

— Тогда зачем вам оружие? - святоша указал на мушкет на поясе нежданного гостя.

— Дороги опасны.

— Хорошо, допустим. Оставьте оружие, вашим спутникам и проходите в храм. Входить с оружием в храм запрещено. Поговорим по-хорошему, раз вы так этого желаете.

Бортис отдал шпагу и мушкет одному из своих людей, спешился и неуклюжей походкой направился следом за Юзе за стены святилища. Воины, сопровождающие их, остались на своих местах, несмотря на то, что на землю уже падали первые капли холодного дождя.

Юзе и Бортис прошли в святилище храма: круглое помещение с большой железной чашей в которой пылал неугасимый огонь. Рядом с чашей вышагивала одна из прекрасных жриц в прозрачном платье. Под газовой тонкой тканью угадывались все изгибы её молодого и удивительно гибкого тела. Темные волосы этой неземной красавицы казались необычайно густыми и ухоженными. Девушка словно играла огнём из чаши. Гладила ладонями языки пламени и даже погружала в него своё миловидное лицо.

Когда в святилище вошли Юзе и Бортис Мюль, жрица приостановила свою опасную игру с огнём и глянула на неуклюжего чужака.

— Пришли просить о милости? Милости для вас не будет! - сразу оборвала она, не дожидаясь вопросов Бортиса. - Ваш хозяин покусился на святое, на то, что принадлежало богу и теперь пришло время расплачиваться за всё. Всесильный Армат всегда берёт то, что ему нужно и не любит, когда у него что-либо отбирают.

Советник, глубоко вздохнул и хотел обратиться к Юзе, но тот жестом приостановил его вопрос и обратился к жрице:

— Пресветлая Дана, этот человек пришёл покаяться и попросить. Покаяние - это похвально!

Девушка гневно глянула светло-карими глазами на Боритса.

— Посылает вместо себя слуг и думает, что бог простит его сразу, стоит только попросить!

Жрица медленно приближалась к советнику берта, подкрадывалась к нему, её прозрачное одеяние шелестело. От её кожи повеяло запахом благовоний. Бортис вжал голову в плечи.

— Пресветлая Дана, мой хозяин сейчас не в лучшем состоянии и положении, чтобы прибыть к вам лично, вы, полагаю, и сами это знаете, ведь ваши предсказатели следят за всем, что происходит вокруг.