Книга Адриана. Наказание любовью, страница 144 – Елена Баукина

Я дернулся из последних сил и плюнул ему в лицо. Плевок получился смачный и грязный. Пусть бьет! Я уже не чувствую боли! Я труп!

— Убейте меня! - твердо сказал и почувствовал дрожь.

— Ну что же, - Дик обтер лицо пятерней и откусил кусок от того мяса, которое только что предлагал мне и вытащил из-за пояса огромный нож.

Я задрожал и зажмурился. Умирать страшно.

— Остынь, - остановил его Мил и накинул на меня конскую попону.

Под ней я провел холодную ночь весеннего месяца цветеня. Попона защищала меня от ветра, но от земли, особенно под утро, все еще шла стужа. Я пытался не сойти с ума, от мыслей и воспоминаний о своем унижении. Смотрел одним не заплывшим от побоев глазом на небосклон и считал бездушные звезды. Они были красивы и холодны, как и вся степь.

“Одна, две три… Бети, мое сокровище, где же ты?... Оскар, Оскар, ты оставил меня!...четыре, пять, шесть…” - мысли путались, от холода сводило губы. Потом я начал проваливаться в болезненную дрему и понял, что возможно это конец! Я замерзал.

* * *

— Слава духам, ты дышишь, - услышал я восторженный голос. Голос был похож на детский. - Долина духов отпустила тебя обратно. Я боялась, что придется копать яму в промерзшей земле.

Перед глазами возник беленый известью потолок, а потом огромная собачья морда.

— Клык, уйди, - заругалась хозяйка пса и отодвинула рукой огромную собачью морду. Это была девушка небольшого роста её уши торчали из-под косматых рыжих волос, словно два лопуха. - Меня зовут Эй, я отшельница. Не люблю людей, а нас гносов мало. Ты была так слаба, что тебя бросили умирать, побрезговали марать руки твоей кровью.

Она протянула мне глиняную миску с какой-то вонючей жидкостью под нос.

— На выпей, это заглушает боль. О, духи светлые. Пришлось с тобой повозиться. Обмыть, переодеть.

Я посмотрел на себя. На мне была рубаха из конопляной ткани, длинная. Руки и ноги были покрыты синяками. Я притронулся к лицу. Оно опухло, онемело и словно было чужим.

— Это все травки, я обработала кожу и раны особым составом.

Клык нашел тебя среди скал. Клык перенес тебя на своей спине домой. Хороший пес. Большой и сильный пес.

Я в один момент вспомнил все, что со мной произошло и отвернулся к стене.

— Зачем?! - простонал я.

— Духи так решили! Разве я могу спорить с духами? - убеждала меня Эй. - Духи всегда знают кому жить, кому умирать. Пей отвар, он заживляет раны, как физические, так и душевные.

Я сделал несколько глотков и провалился в некоторое подобие сна.

Я поднялся над землей и летал над степями Сендарина, над горами Дарданелии, над Долиной барсов, над бескрайней пустыней с ее безмолвными белыми песками. Я, словно перышко маленькой певчей птички подхваченное прохладным ветром носился по белому свету. Потом резкое падение и я снова лежал в лачуге, пропахшей дымом и собачьей шерстью. Снова наедине с воспоминаниями о том, как двое сильных мужиков овладевали мной по очереди и сильно били меня. Болтливая Эй раздела меня и обтерла тряпкой, я дернулся и понял, что очень слаб и не могу ей сопротивляться.

— Ты вся горишь, дитя большого ящера.

Хотел спросить, почему она так меня назвала, но не хватило на это сил. Она снова подсунула мне под нос миску с отваром и я охотное его принял, не смотря на отвратительный вкус. Хотелось забыться. Руки у Эй были маленькие и шершавые, прикосновения легкие и уверенные.