Книга Хозяйка Мертвой воды. Флакон 2: Пар, моторное масло и магия, страница 92 – Эдуард Поляков, Елена Баукина

Мальчишки не понимавшие чего опасаются взрослые, но ощущая их напряжения, притихли. Гарри прильнул к Хельге, а Винни, сидящий рядом с водителем, ещё плотнее обхватил оплетенный кожаными ремнями бутыль из толстого стекла.

— Мистер, — обратился к шоферу мужчина в дорогом костюме. — Я еду за вами с Мидл Роуд, у вас баллон проколот, уже и диск искрит, это опасно, — Он приветливо улыбаясь кивнул на заднее колесо. — Если вам необходима помощь в смене колеса…

Теперь когда он стоял у паромобиля Хельга могла рассмотреть его как следует, несмотря на затемненные стекла. Тонкие аристократические черты лица черные волосы, карие глаза и зубочистка во рту.

— Нет, спасибо, — сухо ответил шофер и потянулся рукой под пиджак где был скрыт пистоль.

Это движение не осталось без внимания подошедшего. В мгновение тот из учтивого джентльмена с аристократическим чертами лица превратился в убийцу, в чьих глазах отражалось сама смерть. Сквозь открытое стекло тот схватил шофера за волосы и потянул на себя. В другой руке в ту же секунду, будто из воздуха возникло толи шило, то ли тонкий стилет и джентльмен попытался вонзить его в шею несчастного.

Шофер подался назад, яростно закрывая окно и острие в руках джентльмена ударило в хрупкое стекло, которое осыпалось хрустальным крошевом. Джентельмен, кажется даже улыбнулся и, не выпуская волос водителя, упер ногу в дорогих лакированых туфлях в дверь лимузина, а затем что было сил потянул на себя. Секунда и голова шофера находится над разбитым стеклом, другая, и джентльмен что есть сил рывком тянет голову шофера вниз и… Острая кромка стеклянного крошева, точно зубы хищника впиваются в яремную вену и предательское сердце, толчками выбрасывает густую кровь из разорванной шеи.

* * *

Дневная смена на оружейной мануфактуре «Митральез и сыновья» подходила к концу, это ободряло и грело работяг так, как серебро звенящее в карманах. Суббота — день недельной получки, его ждали не только работяги и их жены, что вели хозяйство, но и корчмари, в чьих лавках оседала приличная часть валюты, прежде чем попасть в дом.

Вот и сейчас вторая смена кузнечного цеха живо обсуждала в каком из дюжины кабаков стоит спустить разницу между полученной суммой и тем, что ждет домой супруга.

— Эй Фауст, а я слышал в Лостинских провинциях вино из тухлой селедки и мокрели варят. Это правда? — спросил Саймон Беркли нового в их смене.

Новенький как-то неопределенно пожал плечами, что было расценено как подтверждение слухов о дальней провинции у моря.

— Во, мужики, это нам еще повезло! Хоть и дрянной, но ячменный эль пьем, а не… Ну что, в «Пьяный козёл»?

— Саймон уймись, — шикнул на него рыжебородый мужик с клейнодом мастерового на груди. Кингли Шафф был старшим смены и по привычке командовал своей бригадой не только на заводе, но и во время субботней попойки. — Сегодня идем в паб «Черный монах». И без возражений! Тем более что выпивка за мой счет!

Вообще мастер Кингли был нормальным мужиком, но не более. Справедлив и с понятием, опять-же не отрывался от коллектива и в столовой ел со своей бригадой. Но когда дело доходило до денег, его вряд ли можно было назвать другом. Прижимист и даже скуп. Если было за что — штрафовал, мужики говорили что даже был пойман на воровстве от того, несмотря двадцатилетний стаж, так и оставался мастеровым кузнецом, а не был переведен в оружейный цех.