Книга Алхимик из Леоса, страница 157 – Елена Баукина

— И взрыв… — неуверенно шёпотом добавил Мишель, оседая на пол у двери, вытаращив глаза и хватаясь за голову. — Теперь поняли?

— Поняли! — ответила взъерошенная Сандрин, быстро моргая зеленовато-синими глазами.

Спустя несколько минут дети и алхимик вновь вошли в зал. Вокруг витал белый густой дым. Всюду валялись сломанные стулья, растерзанные книги, битое стекло. Портрет прадеда сорвало со стены. Он покрылся слоем пыли, пепла их камина и битого стекла.

— Теперь отец точно убьёт нас, — расстроилась Анна, взирая на портрет и переломанную мебель.

Дым стал рассеиваться и улетучиваться сквозь бытые окна.

— Согласен, замок не место для опытов, — Мишель принялся стряхивать пыль и стекло с портрета воинственного прадедушки сэра Эдварда. — Артур, повесь портрет на место.

Артур дунул на ладонь, высвободив несколько серебристых искр. Картина в золочёной раме взлетела и вернулась на прежнее место. Несколько мягких стульев и стол Анна и Мишель смогли починить с помочью тех же алхимических реакций. Эти вещи повреждены оказались незначительно и, не смотря на поломку, восстановились полностью. Попутно учитель показал Анне несколько новых приёмов восстановления разрушенной материи. А вот стёкла из окон разлетелись на мелкие кусочки. Часть оказалась на улице, часть валялась всюду под ногами. И восстановить окна с такими утратами было невозможно.

— Вот видите, любые возможности, даже магические, имеют допустимый предел, — Мишель с досадой смотрел на стеклянные осколки.

В зал опять подтягивались любопытные слуги и перепуганная стража. Примчался даже упитанный повар Хук с двумя кругленькими мальчишками-поварятами Жорой и Андре. Хук осматривал зал, задрав голову. Его двойной подбородок ходил волнами. Руку, с перепачканной в соусе поварёшкой, повар опустил до самого пола. Кот Плюш крутился у повара под ногами, тёрся рыжим полосатым боком о его ноги, незаметно слизывая мясной соус с поварёшки, оставляя чистые полосы на её блестящей поверхности. Явился и сенешаль Джек Матвин. Он как обычно приложил пятерню ко лбу:

— Ой, мать моя женщина, отец — мужчина…

— Великая богиня Матерра, — воскликнул повар, увидев сенешаля Джека, — Варю соус и вдруг как хлопнет… Котёл опрокинулся, сковороды со стен попадали, сервиз фарфоровый потрескался. Думал, что конец света, что сейчас стены и потолок на голову упадут.

— «Упадёт с неба солнечный круг и начнётся начало конца…». Так, говорят, конец света настанет, — процитировал какой-то текст прибежавший страж по прозвищу Одноглазое Лихо.

Ещё один страж при этих словах принялся поплёвывать в левую сторону через плечо, дабы отшугнуть дурные силы прочь.

— Вы как всегда дурите детям голову, уважаемый, господин барон? — озлился сенешаль Джек, нервно отводя пятернёй волосы на затылок.

Няня Мирабель вскоре тоже примчалась. Она бросилась к портрету прадеда и чуть не заплакала, увидев ящик, изготовленный из доспехов.

— Эти доспехи четвёртого лорда Кордейн. Граф Эдвард сильно расстроится!

Мишель Горознай молча собирал разлетевшиеся листы из магических книг. Анна, Артур и Сандрин бросились ему помогать.

Граф Эдвард вышел из кабинета. Хозяин замка уже ничему не удивлялся, он прошёл в каминный зал, посмотрел на выбитые стекла, почесал аккуратно стриженую бороду, поморщился, заметив странный железный ящик, потом взглянул на своих отпрысков. Дети присмирели, ожидая наказания за испорченную мебель и окна. На этот раз сэр Эдвард ругаться не стал.