Онлайн книга «Алхимик из Леоса»
|
— Красивый меч, правда? — услышала она за спиной голос Мишеля и почувствовала его дыхание около своего уха. Сандрин так увлеклась орнаментами на клинке, что не заметила, как алхимик подошёл слишком близко. «Illia helli, illia mortali» — прочел полуэльф руны на клинке и тут же перевел с эльфийского на человеческий — «Время жить, время умирать», или другими словами — всему своё время! — И что теперь будет с нами, мэтр? — грустно вздохнула юная леди. — Разве я провидец, чтобы знать это? Если бы знал… — он подставил клинок свету из узкого окна. Металл клинка заблестел, заискрился так, как изморозь на каменной стене в холодное зимнее утро. — Сплав серебра и эльфийского железа. Работа истинного мастера и подарок моей мамы, — при слове «мама» он нежно улыбнулся. — У эльфов есть традиция, по которой первый клинок сыну-воину дарит именно мать. Но твой покорный слуга избрал другой путь в жизни… — Вы умете фехтовать, мэтр Горознай? — Умел, — сухо и с сожалением ответил алхимик, задвинув клинок в ножны, поднял пояс с мечом и обвил странный ремень вокруг своей поджарой талии, застежка с растительным орнаментом звякнула и застегнулась сама собой. — Меч требует тренировки, сноровки и практики. Меч требует частого прикосновения хозяина. Я давно не упражнялся. Сказать вернее, с того самого момента, как стал вашим учителем. — То есть около года, — подсчитала Ласточка. — Да, это долго. «Кто же вы такой, мэтр Горознай? — думала Ласточка, всё больше поражаясь качествам и способностям учителя. — Оказывается, я не знаю вас, мэтр…» Теперь перед ней стоял будто незнакомый, чужой человек. Вернее, даже не человек. Может на нём сказывалась двойственность его происхождения, двойственность личности. А может просто двуличие? И все-таки, может она ошибалась… Возможно, всё это предрассудки и не более того! — Ты запомнила заклинание Святого огня? — поинтересовался у задумавшейся девушки Мишель. — Да, запомнила! Хорошо, однако, запомнила! — резко ответила Ласточка. Сомнения снова запылали в душе: «Почерк на пергаменте корявый! Писавший, похоже, совсем перо в руке держать не умеет, и руки у него не из того места…» Мишель усмехнулся, показывая ровные белые зубы: — Уничтожив кристалл пути, мы лишь на время оттянем неизбежное, Сандрин. Я чувствую, скоро настанет время больших перемен. — Каких перемен? Буря мыслей и эмоций овладевала Ласточкой. Она вспомнила, как Мишель Горознай появился в их замке год назад. Все удивлялись, как этот юнец может учить детей, если сам ещё почти ребенок. Смешной нелепый юноша, который больше походил на мальчишку из лавки аптекаря, но никак не на мэтра алхимии. А теперь этот милый молодой человек начал играть с ней в какие-то странные игры. И она, вовсе не волшебница, не героиня, готова спасти родной замок! А по сути — простая ушибленная дура! Сандрин нахмурила дугообразные тонкие брови. Алхимик смотрел на неё очень пристально и, казалось, видел насквозь: — Больших и не всегда приятных. Возможно, страшных перемен, — Мишель вдруг вцепился длинными пальцами в плечи Ласточки. — Ты не знаешь этого, пока не чуствуешь, но мы с тобой связаны единой нитью бытия, я назвал бы это даже не нитью, а цепью. Наши души составляют единое целое. Мне трудно это объяснить тебе. Поймёшь потом, возможно… Знай, Мишель Горознай — твой учитель, друг и защитник от пяток до кончиков своих острых ушей. |