Книга Сабатон. Системный приручитель 4, страница 134 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

А добавили бы травы в маринад сразу — они бы во время готовки просто сгорели от жара.

Стейки из ленивки мы уже съели — я готовил их до наших с Мэй экспериментов. Там всё просто. Быстро обжарил без всяких приправ, тут же натёр верх крупной охотничьей солью и зизифорой. Эту травку иногда с чабрецом путают, но то неправильно.

Для нежной ленивки она самое то — вкус мягкий, свежий. Немного мятный, немного лимонный.

Готовые стейки я по простецки завернул в лопухи, чтобы они дошли и пропитались солью и зизифорой — а потом мы их всей толпой смели, даже толком не распробовав.

Вкус у них, правда, не сильно выраженный для дичи, вся фишка именно в нежности — хоть губами откусывай.

Мэй навык приняла тяжело — у неё усилений тела не было. Не помогли даже принятые эски на выносливость. Корёжило девушку минуты три, и ведь даже не пикнула. Боль ударила не только по ногам, но это вполне логично. Для прыжка не только мышцы ног нужны.

С травы её подняли мы с Шенгом. Ноги у неё дрожали, как у новорождённого телёнка. Да чего там — Мэй всю колотило, но тремор прошёл быстро. По себе знаю, когда навык уже усвоен — боль и слабость снимается сразу. Тут, видимо, чисто психологический эффект.

Мэй смахнула с лица слёзы, обняла Шенга и уткнулась ему в шею. Он ласково сказал что-то по китайски, она — угукнула в ответ и снова назвала его бенданом. И, внезапно — я вдруг понял, что это слово значит.

«Дурак».

Ох уж эти семейные нежности…

— Ты молодец, Мэй, — сказал я. — Сейчас поешь немного, и затестим прыжок. И, вот что — вы по китайски говорите почаще, чтобы мы тоже язык изучили. В бою может пригодиться.

— Есть же телепатия, — Шенг поднял на меня глаза.

— На всякий случай. Лишним не будет.

Мэй отстранилась от брата.

— Я могу сейчас попробовать. Всё в порядке.

— Уверена?

Она просто кивнула.

— Давай. Только без кульбитов. Потом наиграешься.

Отойдя на пару шагов, Мэй подобралась, на миг замерев, как статуя. Сейчас, скорее всего, мышцы у неё одеревенели, подскочил жар. У меня всплеск именно так работает, по крайней мере.

Прыгнула Мэй мощно, стремительно. Вверх взлетела, как героиня какого-нибудь аниме — метра на четыре. Я ожидал чего-то такого, но всё равно видеть это было странно. Наши новые возможности поражают, блин. Пройдёт ещё немного времени — и они станут привычной частью жизни.

А пока — мозг просто не верит, что такое возможно.

Сальтух Мэй больше не выделывала, приземлилась легко — и снова без переката. Значит, он ей реально при падении с такой высоты не нужен.

Оглянувшись на меня, она счастливо улыбнулась.

Я ответил на улыбку, но внутри в то же время кольнуло мерзким холодком.

Да, Мэй стала сильнее. Гораздо сильнее. Уже завтра я это использую. Не как наставник или друг — как командир, отдающий приказ бойцу. Завтра Мэй придётся впервые убить не бешеного мутанта, не голодного хищника — человека.

И, к сожалению, я слишком хорошо знаю, что для психики это не проходит бесследно.

* * *

Сразу грузить ребят тяжёлым разговором я не стал. А разговор, мать его, назрел.

Алкоголь мы не пили. Всё, у чего градус приближен к водке, ушло на пантокрин. На крепкий самогон и медицинский спирт у меня планы, так что тратить их сейчас непозволительно.

Лена стала второй звёздочкой этого вечера. Сначала Мэй показала чудеса акробатики, а потом чудо выдала наша травница. Чудо, которое нам очень пригодится.