Книга Сабатон. Системный приручитель 3, страница 185 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Толкнулся здоровой ногой, на неё же умудрился приземлиться. Снизу что-то громко хрустнуло: то ли доски столешницы, то ли зомбячьи кости. Приятнее думать, конечно, что верный именно второй вариант.

Таким же образом, помогая себе секирой, я соскочил со стола — и завал из когтисто-клыкастых обрубков остался позади.

— Шёрстка следующая! Мила — за ней! Мурзик — ты замыкаешь!

Конец моей речи потонул в грохоте — на дом обрушилось ещё одно бревно. Ощутимо тряхнуло, мне по шлему застучала штукатурка. Чёрт, да тут не бревно, походу — а сразу с десяток.

В глубине дома что-то трещало, падало, катилось и звенело.

Я рявкнул:

— Бегом!

Времени у нас практически не осталось.

Шёрстка перескочила без проблем, ей не помешали ни дети на спине, ни совна в руках. Мила и Мурзик тоже не заставили себя ждать.

Всё бы ничего, но в воздухе ощутимо запахло гарью. Пока что даже повязки на лица не требовались, концентрация дыма небольшая, но намёк доходчивый.

Дом вот-вот превратится в пылающую ловушку.

Я побежал впереди, прихрамывая и матерясь сквозь зубы. Сразу после перевязки сквозь марлю проступала пятнами только мазь, но после боя обильно добавились и пятна крови.

Ладно, пофиг — я на другое и не рассчитывал. И так ясно было, что здесь я не дам ране нормально закрыться…

Когда мы были близки к проходу в пиршественный зал, снова что-то грохнуло. При том — где-то впереди. Лишь бы дорогу нам не перекрыло. Спасибо хоть, удар слабее прошлого.

[Опыт +50

1800 / 2000

Удачи, игрок!]

Ага, третий зомбак помер… Приятно, конечно — но это сообщение вообще не вовремя.

Сзади заплакал кто-то из малышей-мийю. Шёрстка принялась его тихо утешать, а я вдруг понял: мне приятно, что Дима и Анюта держатся, а не кричат в голос и льют слёзы. Может, это и ксенофобно, и для контактёра с иными цивилизациями не допустимо, но я рад, что наши ребята показали себя перед иномирцами сильными и смелыми.

А кое-кто одну из иномирок ещё и за уши оттаскал, да.

Как бы — это всё без негатива к самим мийю и их малышам. Просто, надо признать: людей я люблю чуть больше. На всякий случай буду просто считать, что это нормально. Лишний раз загоняться из-за всякой фигни я не люблю.

В зал мы выскочили одновременно с очередным ударом. Спасибо хоть, целый вал пылающих брёвен рухнул не нам на головы, а на кошачье капище в конце зала.

Здесь дыма было больше. Второй этаж уже пылал, пламя медленно переходило на третий. В крыше над нами дыр было едва ли не больше, чем целого покрытия. Зато, на пути к дверям наружу было лишь одно бревно — и обойти его можно было без проблем.

Зомби не было совсем, и это хорошо.

Ругнувшись, я прибавил шаг. Пусть до этого особо и не верилось, что я смогу выжать из себя ещё хоть немного скорости. Утешал себя мыслями о бане, плотном ужине и Лениных восстанавливающих настойках.

Впрочем, не менее приятно было представлять, как отрываю башку некроманту.

Под адреналином здоровенный засов на двустворчатых дверях дома показался мне лёгким, как пушинка — я его отшвырнул в сторону одной рукой. Толкнул плечом дверь — она распахнулась, и в нос ударил горький дым.

Твою-то мать!

Я надеялся, снаружи дышать будет легче, но хрен там — здесь царил огненный ад. Нагромождения брёвен, догорающие домишки и сарайчики. В багряном от отражённого пламени озере кривыми крокодильими трупами плавали силуэты брёвен.