Книга Сабатон. Системный приручитель 2, страница 6 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Едва Матвей их достал, голову пронзила невыносимая боль, от которой он забился на полу, как рыба. Огнём будто полыхнула каждая клеточка мозга, заставляя его орать и изгибаться.

Пытка длилась, кажется, целую вечность — но боль прошла.

Матвей встал, пошатнувшись и с трудом сдерживая рвотные позывы.

— Безумие какое-то, — буркнул он себе под нос. Хмыкнув, подобрал разводной ключ, сунул за пояс. Ломик просто сжал в руке.

Системное, мать его, оружие. Для инженера… Ладно, пусть так. Он ещё во всём разберётся, а пока — как там спуск вообще?

Спуск был почти завершён, и теперь Матвею начало казаться, что худшее уже позади. Даже Система оценила, как он справился с ситуацией. Однако, все его ожидания жестоко разбились вдребезги, когда он спустился ещё ниже и увидел открывающуюся картину.

Город неподалеку от станции горел практически весь, чадя при этом чёрным едким дымом. А на приемной площадке станции снаружи всё было залито кровью. Оборудование — разбросано, повсюду тела людей, разорванные на части. Кто-то пытался сбежать, но не успел. Всё это напоминало тот же кошмар, который он уже видел на орбитальной станции, только в масштабе неизмеримо большем.

— Господи… — прошептал Матвей одними губами, чувствуя, как его желудок сжимается от ужаса. Он вцепился в поручень, чтобы не упасть. Его колени дрожали, а перед глазами всё плыло. Он понимал, что здесь произошло то же самое, что и на орбите.

Лифт мягко опустился на платформу и двери автоматически распахнулись — сработала система пружин и противовесов. Матвей замер на месте, не решаясь сделать шаг вперёд. Он достал фонарь, хотя внутри станции горел тусклый аварийный свет, и направил луч вперёд.

Перед ним предстала картина полного опустошения. На бетонном полу он заметил следы, которые вели к главному входу. Это были глубокие царапины, словно их оставило огромное хищное животное. Матвей уже догадывался, какое.

Осмотревшись по сторонам, он заметил потерянный кем-то фальшфейер. Понимая, что может пригодиться всё, что угодно, взял факел с собой, сунув в карман формы.

Он медленно двинулся вперёд, стараясь ступать как можно тише. Каждый шаг эхом отдавался в мёртвой тишине станции. Он оглядывался по сторонам в поисках хоть каких-то признаков жизни, но вокруг царила только смерть.

Когда позади раздалось рычание, Матвей рывком развернулся, покрепче перехватив лом. Увидел он огромную собаку, мутировавшую просто до неузнаваемости.

— Шарик? — по расцветке шкуры он узнал пса, обычно находящегося на контрольно-пропускном пункте. Да и сложно не узнать белоснежную дворнягу с огромным черным пятном на боку.

Только вот, теперь он вырос почти в два раза, отрастил внушительные клыки, а его шерсть дико топорщилась во все стороны.

Пёс ринулся на него.

Матвей, выронив под ноги лом, бросил в него разводной ключ, но всё равно промахнулся. Уже падая на спину, едва успел схватить фальшфейер с пояса. Дёрнул петлю и засунул факел прямо в открытую пасть твари.

Шарик забился, пытаясь выплюнуть фальшфейер, но Матвей, действуя инстинктивно, нашарил правой рукой лом, перехватил его поудобнее и ткнул заостренным концом вперед. Попал прямо в пасть, подскочил и ринулся вперёд, давя всем телом. Огонь, обжигая глотку, не давал собаке разумно мыслить, заставляя биться в агонии, а металл рвал глотку, заодно забивая фальшфейер поглубже.