Книга Сабатон. Системный приручитель 2, страница 114 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

Впрочем, оно так всегда. В руках психа даже кухонный нож опасен, не то что оружие или системные навыки. Главное — вовремя от таких психов избавляться.

Зато, я узнал, что у меня ограниченное количество ячеек для питомцев. Пять — случайное число, или оно повторяет доступные мне ячейки навыков?

Ну и, за приручение я получил капельку опыта. Мелочь, а приятно.

— Всё, спокойно, — мягко сказал я кошке, и усадил её обратно, надавив на плечи.

Кстати… Буран знает команды, так что понятно, почему он мне подчиняется. А Умка — дикий медвежонок, его никто не дрессировал. Может, я и рыжей могу приказывать, несмотря на языковой барьер?

— Дядь Никит, а что происходит? — подала голос Юля. — Ты что с ней сделал? Она… Она тебя великим вождём назвала, между прочим.

— Вожаком, — автоматически поправил я, оглянувшись. — Я приручил её. Так что, теперь присматривать есть смысл только за раненым. А сейчас…

Я перевёл на кошку взгляд, сказал ей:

— Подбери свои вещи и оденься. Нефиг голышом ходить. Про оружие не забудь. И — вот.

Достав из кармана, я протянул ей компас. Кошка мотнула головой из стороны в сторону, сгребла компас одним стремительным движением — и шустро бросилась к своим вещам.

В голубых глазах я, кажется, разглядел радость. А вот нефиг было изначально раздеваться.

Мимика у кошколюдов, кстати, очень забавная: гипертрофированная, мультяшная какая-то. Прикольные выражение мосек и у домашних кошек бывают, но тут другой уровень. Почти как в диснеевском мультфильме с антропоморфными животными.

Смотрится диковато, но неожиданно естественно, не вызывая чувство зловещей долины.

А вот мотание головой — это она ведь не отказывалась? Видимо, у кошколюдов так обозначают «да». Кивок тогда, скорее всего, будет значить «нет». Такая инверсия и в некоторых людских культурах есть.

Ну и, эксперимент удачный — приказ сработал.

— Глупые предатели, — негромко промяукала кошка, спешно надевая набедренную повязку и косясь на трупы. — Тёплая Мать наказать глупые предатели. Тёплая мать запрещать рабы.

Надо же, ещё один факт в копилку. У кошколюдов, судя по всему, реально какой-то конфликт. Судя по всему — религиозный. Набрать себе пару десятков питомцев, действуя по откату навыка, я не смогу — их количество ограничено.

Значит, надо выйти на контакт без прямой конфронтации, используя рыжую. Так можно собрать тех, кто присоединится к нам по своей воле.

Тем более, котов может быть много, а у нас патронов — на одну стычку. Разве что, есть ещё коктейли Молотова. Тем не менее, сражаться мы сможем только партизанскими методами.

То есть — только дипломатия, только хардкор.

— Сколько вас? Сколько есть мийю? — спросил я, когда кошка оделась и затянула на талии пояс с кинжалами и мешком.

Слово «мийю», кстати, я произнёс совсем не так, как говорили сами коты. Да и не смог бы я это мяуканье повторить. Как его записать на русском, даже не представляю — буквами банально не выйдет все звуки передать.

Это — как латиницей написать «ы». Ну, или кириллицей немецкую «ö». То есть — просто невозможно.

Рыжая поморщилась, потёрла виски. Неуверенно произнесла:

— Эта мийю плохо понимать Великий Вожак. Мийю в лоскуте? Рука рук, ещё рука рук. Ещё рука, коготь и коготь. Великий Вожак убить предатель. Теперь нет рука, рука, коготь. Если Ручей умереть — не быть ещё коготь.