Книга Сабатон. Системный приручитель 1, страница 2 – Артем Сластин, Алексей Пислегин

— Угу.

— Хорошо. Я выезжаю, буду часам к двенадцати.

— Только к ночи? — прошептала она с ужасом. — Я со страху помру же!

— В полдень, Юль, не мороси.

— Мы уже, наверное, до Первого колодца дойдём.

— Какой колодец, Юль? Я заберу тебя оттуда. В задницу такие экспедиции, оставайся в деревне. Находиться рядом с начальником, который домогается тебя, и его группой поддержки — это, извини меня, идиотизм.

— У меня полевая практика, я не могу её завалить, — она, судя по голосу, чуть не заплакала. — Тут и тема интересная, и даже иностранцы в группе! Народу много, опять же. Я постараюсь в толпе быть, при всех он не полезет. Просто… Мне нельзя пропускать такую практику, дядь Никит.

Я вдохнул, выдохнул, отодвинув микрофон телефона от рта. Двухнедельный поход в лес с моими планами никак не вязался — раз. А два — мудаков из своей жизни нужно убирать, это однозначно. Особенно начальствующих. А не оставаться рядом, в зависимости от них, ещё и играя по их же правилам.

— Не дури. Да, можно упереться рогом, устроить скандал и добиться его увольнения. Если найдём других его жертв — может, даже посадим. Это не просто, но реально. Только — ты к этой борьбе готова? Сама знаешь, я чуть не отъехал на зону, когда за справедливость воевал. Кто его дико важный брат?

— Попов, гендир «СибАвтоПрогресса». Он главный спонсор нашего универа.

Паршиво — это логистическая фирма федерального значения, на слуху последние лет десять уже. В своё время поднялась на военных заказах, параллельно прославилась гуманитарной помощью для фронта. О чём речь — я сам сотни километров наездил в их машинах, они в Африку поставляли переделанные инкасаторские буханки.

— Чёрт знает, Юль. Я слышал, этот Попов — нормальный мужик. Но не знаю, будет ли он впрягаться за брата. Деньги и власть решают, а мира получше у нас нет. Хочешь спокойно доучиться — переводись в другой универ. Год потеряешь, да. Зато, ничем не будешь рисковать. Уж поверь, я знаю, каково это — когда начинают угрожать близким, обещают сломать жизнь. Помогу, поддержу, обидеть не дам. Только тебе самой оно надо?

— Дядь Никит, я… Я просто практику хочу пройти, и всё. Такой шанс не каждый день выпадает. С тобой ко мне никто не сунется, я улучшу портфолио, получу зачёт — а потом сделаю, как ты говоришь. Переведусь. Только приезжай, пожалуйста…

Ну да, пока у меня в голове выстраивались варианты, как уничтожить репутацию декана и сломать ему жизнь, Юля просто и без затей хотела, чтобы я побыл рядом. Профдеформация, что поделать, мы с ней мыслим в разных категориях.

Не говоря о том, что я могу надеть маску, подловить декана в лесу да сломать ему нафиг ноги. Практика вряд ли сорвётся, а вот старому извращенцу придётся отъехать на лечение.

Разве что, Юля всё поймёт и перепугается до смерти.

— Ладно, на месте разберёмся. Я возьму вещи для похода. Осмотрюсь, что там за люди у вас. Но имей в виду: если будет хоть тень сомнения, что нет смысла остаться — мы уедем. Так что пока устанавливай диктофон и ничего не бойся. Если что — звони.

— Угу… Дядь Никит, у него ещё и ружьё.

Я только хмыкнул. Каким бы он не был озабоченным самодуром со связями, стрельбу точно не устроит. Хотя, девчонка на нервах и не такое выдумает.

Ответил ей:

— Ничего, малая. У меня тоже.