Книга Слой Первый. Книга 3, страница 21 – ПолуЁж

Итак, начнём рубрику «Эксперименты Гриса». Соответствующая запись тут же появилась в моём личном архиве — аккуратно занесённая, с меткой даты и времени.

Заострённая ложка неожиданно оказалась отличным инструментом для выцарапывания рун на стене, и я принялся за дело.

Для начала я составил каталог всех известных мне рун, упоминавшихся в сохранённых записях. Их оказалось неприлично много — больше, чем я ожидал. Но теперь, когда я мог охватить всё взглядом, стало ясно: их можно условно разбить на группы.

Первая группа — это младшие руны. Они состояли всего из двух-трёх элементов, не имели засечек или декоративных деталей, благодаря чему начертить их можно было быстро и с высокой точностью. Подобная руна служила активатором на револьвере, и всю эту категорию я для себя охарактеризовал как «активирующую».

Вторая группа, средних рун, была уже сложнее: в них использовались от одной до трёх засечек или своеобразных украшений — завитков, коротких штрихов. Часто такие руны объединялись в связки, писались непрерывной линией, образуя что-то вроде предложений. Их структура была гибче, а функции — шире.

Третья и последняя группа — самая редкая и загадочная. Подобные руны я встречал лишь в экспериментах Падших, и только в них. Как правило, весь ритуал строился вокруг одной или двух таких рун, хотя некоторые обряды вполне обходились средними и младшими.

Таким образом, я выделил три группы: Младшие, Средние и Старшие. Не знаю, почему именно так — просто как само собой разумеющееся записал эти термины и с сразу же к ним привык. Да и звучало это, признаться, вполне логично.

Решил начать с Младших. И из вредности чертить на стене, а не на предоставленной бумаге.

Первой руной стала фигура, напоминающая букву «Р», только с более угловатым начертанием. Я аккуратно вывел её на стене — и в ту же секунду она всплыла перед моим внутренним взором, следом осторожно направил в неё немного энергии, заранее отступив на шаг назад — на всякий случай.

Пшик. Ни света, ни вибрации, ни мельчайшего отклика. Просто… ничего.

— Сим-салабим? — попытался я, всматриваясь в рисунок. Руна, конечно, не ответила.

Про голосовую активацию, увы, не было ни слова в сохранившихся записях — так что это, скорее, от нервов.

Ладно, попробуем комбинацию. В одном из ритуалов использовались целые простыни рун, нанесенные на разные части… летающей ракеты. Это все было скрупулёзно задокументировано, но без каких-либо пояснений. Настоящие Падшие в детстве явно изучали «Рунный букварь», жаль с собой они такую штуку не прихватили, и в памяти моей не отложили, так бы я понял бы эту простыню на раз-два.

Но я-то не Падший. И не Враг. Я хитрый и могучий Грис, он же Серый! Звучало немного знакомо и даже ехидно, но память так и не дала образа.

Ладно, погнали.

Новая стена и новая запись в архиве — пишем рунные предложения. Надеюсь, я не пошлю эти предложением вселенную и творца в пешее эротическое, за что он, проснувшись, отвесит мне смачного пендаля, отправляя прямиком в небытие?

Выбор пал на достаточно простую комбинацию, которая выглядела обособленно и вроде как была вполне самостоятельной в этой мешанине рунного текста. Всего там было пять символов, и они плавно перетекали друг в друга.

Чтобы их нарисовать, мне понадобилось минут тридцать, если не больше. Рисовать левой рукой рисунок сложнее каракули, было сложно.