Книга Мастер Рун. Книга 12, страница 98 – Артем Сластин, ПолуЁж

Я немного доработал вариант и отдал Горбуну расчеты на создание еще двух прототипов, гораздо меньше, годных к полноценной переноске руками одного практика, хотя вес всё равно получался чудовищный, лишние полста килограммов таскать ради одного выстрела, дело добровольное.

Ну и без нормальных испытаний я не знал, насколько они будут способны пробивать либо ранить патрульных големов, не говоря уже про бронированных щитовиков и мы сможем подумать о том, пойдет ли это оружие на дальнейшее расширение и производство, либо же останется как бесполезная вещь и напоминание о баловстве.

Сам стреломёт мы всё равно с собой возьмём вниз, на всякий случай. Вдруг попадётся нам ещё один червь, тогда угробим его с первого раза. Я также прикинул, и получалось, что, в принципе, из этой огромной штуковины мы вполне можем убить любого практика уровня закалки каналов. На практика закалки ядра, конечно, замахиваться не стоит, я с ними никогда не сталкивался, но мощь оружия была невероятной.

Стреломет, как и калькулятор, это были побочные изделия, которые я делал фактически в свободное время, оставшееся у меня от решения огромного количества рунных задач, которые даже с тем, что Клык вернулся ко мне, совсем не уменьшились. И хотя мой тыловик за несколько суток привел весь возникающий вокруг бардак в нечто подобие порядка, все равно даже он не справлялся с тем количеством переселенцев, которых к тому моменту уже набралось больше двух тысяч.

Нам пришлось работать сообща, координируя наши действия с остальными старейшинами других деревень, которые присоединились к нам. Мы разбили лагерь наверху на кварталы по родовому признаку, назначили старших из числа тех, кого знали лично или кого могли порекомендовать. Установили очерёдность на водопой, потому что это был единственный нормальный ручей рядом с руинами, и он не мог обеспечить такую толпу. Люди уже начинали ругаться из-за места. Пришлось перераспределить охотничьи угодья, чтобы пятёрки охотников не лезли друг другу в зоны и не распугивали дичь.

И всё равно, выделяя Клыка как главного ответственного за лагерь и рассказывая об этом на каждом шагу, все, каждый новый проситель, приходили именно ко мне и спрашивали у меня о том, как ставить шалаш, где рубить ветки, спрашивали о том, кто разрешил соседу входить вперёд его очереди. Мне приходилось отправлять их к Клыку, чтобы проблема решалась без моего участия. Это выматывало еще больше. И если я до этого думал, что я замотался со своими бытовыми делами, то сейчас я уже готов был лезть на стену. Поэтому моя отдушина в виде стреломёта немного легла бальзамом мне на мои раздерганные нервы и позволила хоть чуть-чуть расслабиться.

Да и как я уже знал, прокормить людей только охотой и тем, что они принесли с собой, было в принципе невозможно. Люди собирались обживаться здесь надолго, поэтому сельское хозяйство тоже стало приоритетом.

Ветка из Тихой Заводи оказалась именно тем человеком, который был мне нужен, несмотря на свой противный голос и привычку спорить по любому вопросу. Она-таки разбила первое поле в нескольких сотнях метров от входа в руины на хорошо расчищенной полосе земли.

Место при этом выбирала сама, долго ходила, прежде чем ей хоть что-то понравилось, хотя до этого говорила, что земля здесь везде нормальная. Болотку она посадила за полдня, работая с тремя помощницами из своего рода, а я только смотрел, как они закапывают клубни в глубину на пару ладоней через равные промежутки, дальше начиналась уже моя часть работы.