Книга Мастер Рун. Книга 10, страница 105 – Артем Сластин, ПолуЁж

— Через два года шарнир разболтается, поэтому шарниры сделаем из рудного, тяжелее немного, зато надёжнее. — подвел итог мастер.

Я посчитал прибавку в весе. Четырнадцать шарниров из рудного железа вместо лёгкого сплава добавляли около полутора килограммов к общей массе. Ощутимо, но Цао был прав, и я не стал спорить, потому что шарнир, лопнувший в воздухе на высоте ста метров, обойдётся мне значительно дороже, чем полтора килограмма на спине. Здоровье, оно такое… бесценное.

Резали крыло вдвоём, Цао ножовкой по старому сплаву, я рунной иглой по местам, где проходили этерные каналы управления, чтобы не повредить проводящие жилы. Семь секций на каждое крыло, как я и планировал, и каждая секция крепилась к следующей шарниром из рудного железа, сделанных мастером накануне, пока я разбирал рунные связки крыла.

Складывание отработали всухую, без рун, просто механически. Секция к секции, гармошкой, пакет вдвигался в направляющие кожуха, крышка захлопывалась. Вытаскивание в обратном порядке, нажал локтем на замок, крышка откинулась, пакеты вышли на полозьях, руками за верхние секции, потянул, развернул, щёлк в наплечниках. Четыре секунды при быстрой работе, пять если не торопиться. Убирание заняло гораздо больше времени, чем я предполагал, секунд сорок, и то, потому что складывать секции нужно было аккуратно, одну к другой, не перекашивая, иначе пакет не лез в направляющие.

— Неплохо для первого раза, — сказал Цао, наблюдая, как я в третий раз запихиваю правое крыло обратно и в третий раз перекашиваю пятую секцию. — Через сотню повторений будешь делать на мышечной памяти.

Дальше пошла работа с рунами, и вот тут я наконец оказался на своей территории. Кольцо из рюкзака я вварил в кожух через тонкий обод из звёздной бронзы, запечатав стык тремя рунами герметизации. Якоря стабилизации пересадил на новые точки, две руны на лопаточных пластинах наспинника и одну на поясничной секции, и каждую вплавил через щуп, расходуя по сорок единиц этера на якорь. Складка раскрылась, приняла форму кармана и замерла, стабильная и ровная, ожидая наполнения.

Проверил, засунув внутрь руку. Рука вошла по локоть и упёрлась в дно, ощущение было знакомое по рюкзаку, лёгкое покалывание кожи и прохлада, как будто опускаешь руку в горный ручей. Засунул пакет левого крыла, тот вошёл полностью, с запасом в палец. Правое крыло тоже вошло, и между двумя пакетами осталось достаточно места, чтобы они не цеплялись друг за друга при выходе на направляющих.

— Работает, — сказал я, и в голосе, наверное, было слишком много самодовольства, мастер только головой покачал.

— Знаешь, — мастер сел на бревно у входа в кузню и вытер руки ветошью, — я вот смотрю на тебя и думаю, сколько этера ты тратишь на то, чтобы подняться в воздух.

— Прилично.

— А с твоими накопителями? Знаешь, что с этим количеством этера может сделать практик на ступени каналов?

Я не знал, и молчание было лучшим ответом, чем попытка угадать, а то начнет сейчас придираться, и я был прав.

— Он может летать на собственном мече. На топоре. На долблёной чурке, если приспичит. Любой предмет, в который ты вкладываешь достаточно этера и которым умеешь управлять, становится опорой. Просто ты, этер и кусок дерева.

Понял, началось.

— Руны — это костыль, Тун Мин. Хороший костыль, сейчас полезный, я не спорю. Но костыль. Настоящий практик пользуется собственной силой и своим этером без посредников. Ты строишь вокруг себя целую крепость из металла и рун, и она работает, я вижу, и я даже горжусь тем, что помогаю тебе её строить. Это интересная задача. Но когда-нибудь тебе придётся выбрать, продолжать ли наращивать крепость или начать расти самому. И второе будет больнее и дольше. Но только второе сделает тебя по-настоящему сильным, не забывай это.