Книга Мастер Рун. Книга 6, страница 111 – Артем Сластин, ПолуЁж

Комната была небольшая, тёплая, с низким потолком и стенами, обшитыми тёмным деревом. Свет проникал через узкое окно, задёрнутое полупрозрачной тканью. Судя по освещённости и теням, падающим под определённым углом — было утро. На полу стояла та самая лохань, уже пустая и сдвинутая в угол. На столике у стены исходили паром две чашки.

— Не шевелись, я ещё не закончила, — сказала Лю Гуан. Её голос звучал буднично, без мурлыкающего придыхания, которым она свела меня с ума в лавке. Наоборот, сейчас она звучала спокойно и по-деловому, как говорит человек, который занимается привычной работой и не хочет, чтобы ему мешали.

Кажется, меня контролировали гораздо лучше, чем я думал, прикрываться сном бесполезно.

— Надеюсь, за это мне не придётся платить отдельно, — выдавил я, сипло. Голос был как у человека, который вчера слишком много пил дешёвого пойла, и слишком мало спал. В общем, похмельный был голос.

— Ты заснул так быстро, что я даже обиделась, — ответила она, и я услышал улыбку в её голосе, хотя не видел её лица, потому что лежал на животе. — Обычно мужчины хотя бы пытаются произвести впечатление на женщину. Ты же просто рухнул и захрапел, даже простыню нормально не расправив. Пришлось укрывать тебя, как ребёнка.

— Я не храплю, — сказал я, хотя понятия не имел, храплю я или нет, потому что раньше спросить было не у кого, а в казарме все храпели так, что отделить свой храп от чужого было невозможно.

— Храпишь, — безжалостно подтвердила она. — Негромко, но настойчиво.

Её пальцы прошлись вдоль позвоночника, от шеи к пояснице, мягко надавливая на какие-то доселе неведомые мне точки. Я почувствовал, как что-то щёлкает внутри, было не болезненно, а скорее облегчающее, как будто кто-то расширил сжатую в комок грудную клетку и дышать сразу стало легче.

Мазь, которую она использовала, была знакома, и я узнал в ней ту самую мазь из жира огненного тигра, которую она мне продала, рассказывая о том, как её нужно правильно наносить. И даже хотела показать. И вот теперь показывает. О Бездна! Я не знаю, как себя вести! Всё смешалось в голове, люди, мысли, это расслабляющее и успокаивающее таинство массажа, оно заставило меня просто потеряться.

— Расскажи мне про рейд, — сказала она, не меняя тона, и пальцы её переместились ниже, где было больно. — Ты вчера бормотал что-то про пауков и про то, что тебя обманули.

— Не обманули, — поправил я, морщась от боли, которая, впрочем, быстро отступила. — Заплатили честно, по правилам. Просто правила дерьмовые.

И я рассказал ей. Не всё, конечно, не про свои бомбы, не про то, как именно я убивал пауков, но достаточно. Про прорыв на Четвёртом Этаже, разрушенную базу, про свежие могилы, которых было больше, чем живых людей в бараке. Как мы работали на подхвате у групп зачистки, таская мешки и разделывая тварей, словно рабы пока вояки собирали ядра, и про сорок серебряных за неделю ада.

Еще про Лу Фэна, который умер от потери крови на наших руках, пока мы тащили его через коридор, заваленный паучьими трупами. Я рассказывал, расслабленный массажем и теплом, и слова шли легче, чем обычно, без моего привычного фильтра, которым я отсеивал лишнее, и в какой-то момент я поймал себя на мысли, что говорю слишком много, но не мог остановиться, потому что всё это нужно было куда-то выплеснуть, и лучше сюда, в эту тёплую комнату, чем носить в себе.