Книга Мастер Рун. Книга 2, страница 93 – Артем Сластин, ПолуЁж

Но я был жив. Каким-то чудом — жив.

Камень Бурь на груди был тёплым, почти горячим, и больше не обжигал холодом. Я нащупал его дрожащей рукой, проверяя, что артефакт всё ещё цел. Был. И в нём теперь ощущалась какая-то новая глубина, словно он напитался освобождённой энергией и стал каким-то другим.

Из коридора донеслись крики. Голос Борна, Алекса, лязг металла о кость. Они всё ещё сражались.

Нет, постой. Крики стихли. Воцарилась тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием и чьим-то кашлем.

— Корвин! — донёсся хриплый голос Алекса. — Ты жив там⁈

— Жив, — выдохнул я, с трудом поднимаясь на колени. — Формация… формация уничтожена.

— Тогда поторопись и вылезай оттуда! — заорал Борн. — Потому что у нас тут…

Его голос оборвался, сменившись матом, который я никогда раньше не слышал даже от пьяных матросов в портовых кабаках.

Я заставил себя подняться на ноги. Голова кружилась, ноги подгибались, но я заставил их двигаться. Шаг, ещё один, ещё. Я добрался до коридора, держась за стену, и то, что увидел в большом зале, заставило меня замереть.

Скелеты рухнули. Все до единого. Груды костей валялись повсюду, больше не оживая и не шевелясь. Формация действительно деактивировалась.

Но это не принесло облегчения моим товарищам.

Потому что у окна, через которое мы пробрались внутрь, стоял Этерофаг.

На этот раз во плоти. Настоящий. Не призрачная проекция, как недавно, а живой, дышащий духовный зверь. Неужели его призвал призрак? Он был огромен, даже больше, чем я представлял по описаниям. Его костяной экзоскелет был покрыт трещинами и мхом, шипы вдоль позвоночника обломаны и стёрты временем. Это было древнее существо, доживающее свой век в этих развалинах.

И судя по тому, как оно смотрело на нас голубыми светящимися глазами, наполненными этером, мы только что разбудили его или очень сильно разозлили.

— Это духовный зверь, — тихо сказал Борн очевидную вещь, не отводя взгляда от твари. — Если у кого-нибудь есть какой план, то сейчас самое время им поделиться. Иначе мы сдохнем.

Я открыл рот, чтобы ответить, но тварь не дала мне шанса.

Она атаковала.

Тварь двигалась с невозможной для своих размеров скоростью. В одно мгновение она стояла неподвижно у окна, в следующее, уже мчалась на нас, сотрясая каменный пол тяжёлыми ударами лап. Костяные шипы на спине дребезжали, создавая жуткий перезвон, похожий на звук множества мечей, скрещивающихся в бою.

— Рассредоточиться! — рявкнул Борн, отпрыгивая влево.

Мы разлетелись в стороны секунду до того, как Этерофаг обрушился на место, где только что стояли. Его когти, каждый длиной с мой палец, высекли искры из камня, оставляя глубокие борозды.

Леон и Гвидо, не раздумывая, сменили топоры на луки и попытались атаковать духовного зверя. На этот раз стрелы не прошли насквозь, они вонзились в плоть между костяными пластинами экзоскелета. Тварь взвыла, но не от боли, а скорее от ярости. Она развернулась к охотникам с такой резкостью, что я едва успел заметить движение.

Леон попытался отпрыгнуть. Слишком медленно.

Когтистая лапа настигла его, разрывая кожаную куртку и плоть под ней. Охотник закричал, отлетая в сторону и ударяясь спиной о стену. Из раны хлынула кровь, окрашивая камень в тёмно-красный цвет.

— Леон! — Гвидо, впервые сказавший слово, бросился к товарищу, но Борн перехватил его за плечо.