Книга Сбой реальности. Книга 5, страница 23 – Михаил Юрьевич Попов

Почему я не чувствую горечи, которую должен был ощутить во рту после увиденного? Не так: сделанного. Хотя мысли были и не мои, я отдаю себе в этом отчет, что совершил. Видимо, защитная реакция…

Единственным объяснением произошедшего я видел только талант медиума. Не нужно быть семи пядей во лбу, чтобы принять это за истину: я увидел системное сообщение о срабатывании спонтанного навыка. И если технологии полного погружения способны даровать различные эмоции и ощущения, то они же должны закреплять или создавать нейронные связи. И я собственными руками убил друзей, даже тех, о ком точно знал: в реале им больше тоже не ходить. Еще и со сраной манией величия.

Что происходит с человеческим мозгом под влиянием аркданса если, допустим, против тебя используют навык «Оглушающий удар»? Это из арсенала воинов специализации дробящего вооружения. Удар по голове булавой вызывает статус эффект — оглушение. Потеря дееспособности, падение ничком. Это было условностью в игровых мирах прошедшего столетия, и там реализовывалось обычным кодом. Но, играя, как бы, за самого себя, что происходит конкретно с реальным телом? Мозг подает верный сигнал — его оглушили.

Черт, сложно. Надо встать…

— Не трогай меня, пожалуйста, — отодвинул я руку Мэй, которая потянулась ко мне сразу же после того, как я открыл глаза. Все таки я чувствую горечь. Стыд и страх. Но пришли они сильно позже ожидаемого.

— Майкл Ли… — забасил на меня Юрий, и я взглянул на него исподлобья, подобравшись в кресле, не вставая, — у тебя снова случился скачок активности. На пределе твоих возможностей. Что произошло? — он глядел на меня как будто зло. Может, они там в своих админских хреновинах видят происходящее моими глазами? Могут как-то это считывать? Нет, глупости, уже чистая паранойя.

Мэй застыла рядом в нерешительности, искала место, куда себя деть. Видимо, слишком грубо ответил. Да и вид у меня, наверняка, неважный. Я утер проступившие капли пота со лба, будто во время лихорадки, и, пошамкав губами, соизволил ответить.

— Это не ваше дело. Мои способности иногда выходят за рамки понимания врачей и ученых. — вновь съязвил я. Против своей воли. Как там отец говорил: вежливость — оружие королей. А я забываю об этом. В момент своей уязвимости.

— Майк… — отступает от меня на шаг техник.

— Что? Я в норме. Дайте полотенце. — прошу я и, мгновением позже, получаю чистую ткань с бахромой. Вытираю шею, глаза, и пытаюсь сделать вдох поглубже. В груди спирает.

— Еще как мое, сопляк! — срывается врач, ударяя по администраторской стойке своим пудовым кулаком, и встает, с грохотом отбрасывая назад стул. — Мне глубоко фиолетово, что ты там о себе думаешь, но если ты сдохнешь, я тебя оживлю и задушу собственными руками. Так ты оплачиваешь за заботу о куске мяса, которое выхаживал я и эта девушка долгие два месяца? — он подходил ко мне ближе, яростно сжимая кулаки. Что на него нашло? — Твоя задача: поручение Сергея, и ничего больше.

— Я согласился на эту работу, потому что мне по пути. Мне плевать на его цели. И на твои. — меланхолично отмахиваюсь я от гневной тирады. Еще не хватало с этим детиной драться. Впрочем, мне реально плевать, с кем. Видение будущего подарило мне крылья, которые я прятал. И продолжу, пока не придет время.