Книга Сбой реальности. Книга 1, страница 35 – Михаил Юрьевич Попов

Я подошел к источнику звука. Большой шар с небольшим дисплеем, меткой физической авторизации. Прислонил ладонь.

— Идентификация пройдена. Майкл Ли, согласно протоколу медицинского обслуживания граждан, пункт 7. ст. 62, доставивший на территорию медучреждения человека в критической ситуации несет за него ответственность, в том числе и финансовую. По завершению процедур, с Вашего счета будет списано 7 688 UD. Если Вы откажетесь, мы будем вынуждены прервать обслуживание.

— Подтверждаю свое согласие. — скорбно ответил я, понимая, что мой дебет с кредитом теперь не сходится на огромный долг.

— Вашей платежной системе будет выслан чек. Приятного нахождения на территории больницы! — механический грабитель закрыл беседу, индикатор авторизации сначала потух, а после снова стал доступен для следующего.

Процесс «реставрации» физических повреждений почти любой сложности отнимает теперь не больше часа. В нашем случае и того меньше. Спустя пол часа ожидания в приемном, Илья вышел ко мне на своих двоих.

Я сидел на лавке, уткнувшись локтями в колени, свесил голову. Адреналин отпускал, теперь просто очень хотелось спать. Первым прервал тишину мой друг.

— Майк, ты как? Как мы тут вообще?.. — он был растерянный, видимо, не до конца пришел в себя. Голова забинтована, но медкапсула поработала на славу. Отечность почти спала, глаза открылись, рваные раны зашиты и залиты специальным раствором, который затянет их быстро и качественно, даже без шрамов.

— Ты как, друг? — я поднялся голову, светя своим нелицеприятным видом. Кровь корками запеклась на губах, нос посинел и был смещен. Но я знал, что помощь мне не нужна.

— Голова болит, даже через обезболивающее. Но так — порядок, если б не ты…

— Поехали отсюда, ненавижу больницы. — пробурчал я, поднимаясь.

— Погоди, — вдруг прервал меня друг, — там же счет — мама родная. — он кивнул в бездушный шар-регистратор.

— Ерунда, сочтемся. — я слабо улыбнулся и тут же поморщился, когда подсохшая корка решила оторваться.

Мы вышли на воздух, помолчали немного, в ожидании транспорта. Товарищ был обеспокоен, но ничего не говорил.

— Ты знаешь, за что тебя? — спросил я.

— Знаю. Но сначала ты скажи, что там произошло в итоге, я плохо помню. — вопросом на вопрос ответил Илья.

— Я их, ну… Сборщикам работа. — новая волна тревоги пробежалась от затылка до пяток, но быстро отступила. Сделанного не воротишь.

— Черт, это хуже. Нам нужно серьезно поговорить.

Светиться рядом с дронами-полицейскими во время работы — очень, очень плохая идея. Решили ехать к другу. Он поселился за территорией города, снимает небольшой домишко в трейлер-парке, живет один. Последнего родственника потерял еще в детстве, во время какой-то техногенной аварии на производстве химикатов. Тогда еще люди работали на таких работах, сейчас уже нет.

Асфальт сменился проселочной дорогой, теперь уже вязкой и тягучей от дождя. Колеса машины скользили по жиже, иногда пропуская редкие пробуксовки, но, в общем, ехать оставалось совсем недолго. Небо темнело, и казалось, что дождь не собирался прекращаться. Впрочем, это не вызывало особых трудностей — терзать себя мыслью о грязи или потраченных усилиях было бессмысленно. Да и оставалось совсем чуть-чуть, можно было и потерпеть.

Ехали молча, последние слова друга в очередной раз заставили меня понервничать. Мысли роились в поисках ответов, но сейчас ничего дельного на ум не приходило. Эти парни из студии, может, Артур что-то знает? Он говорил, вроде, Андрей и Марк там поругались или вроде того. Подробностей не сказал, а я и не спрашивал.