Книга Долг человечества. Том 7, страница 9 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— И Марк искал встречи с тобой и тем говнюком, — дополнила Варя, — чтобы установить правила игры. Прояснить свои намерения и предложить выход из ситуации без крови.

— Верно. — Кивнул я Варе, уже во второй раз в благодарность. — Развязать войну легко, только победителей в ней будет очень очень мало. Мы и так потеряли больше людей, чем можно себе представить. А если уж начнем воевать — останутся считанные единицы.

— Тогда я думаю, Леонид мог все понять, и не пришел, потому что готовит силы для удара. — Вдруг переключился в стратегический режим полковник.

— Не знаю, — честно ответил я, — все возможно, но три свои главные гипотезы я выдвинул. В действительности вариантов может быть куда больше, но факт в том, что я примерно знаю, где он сейчас.

— И что ты предлагаешь? Сейчас. — Вячеслав подался вперед, опираясь локтями на стол, как будто над военной картой. — Ждать, пока он соберет армию? Ударить первыми?

— Не все так прямолинейно. — Мотнул я головой отрицательно, затем спокойно продолжил, чувствуя на себе заинтересованные безбоязненные взгляды, от чего, кстати, на душе полегчало. — Вначале выясним точно, что с ним сталось. Дальше будем действовать не так, как от нас этого ждут. Объединимся. Построим систему, в которой у каждого будет свое место. Да, лидер должен быть один, система этого требует, но это не значит, что мы должны перегрызть друг другу глотки. Я уступлю свое место верховного главнокомандующего, да вот хотя бы ей, — я бросил улыбающийся взгляд на Агнессу, — почему нет?

— То есть, просто номинальная фигура… — Прозвучало от полковника так, словно он начал о чем-то размышлять. Дальше, за пределами того, что мы обсуждали.

— Вроде того. — Пожал я плечами. — Так все в выигрыше.

— Это имеет смысл. — Рубанул Вячеслав.

— Я скажу вам то, о чем молчал раньше. — Я поднялся, обошел стол, размял затекшие ноги. — Скорее всего, вот мы, я, все те, кто на полигоне — это последние люди. Вообще. Или почти последние. В любом случае, погибших несоизмеримо больше. В момент инициации погибли миллиарды. А тем, кому повезло оказаться в этот жуткий полдень в понедельник вне помещений, техники, в сознании, и рядом с точкой переноса сюда — статистически очень мало. Любой отличающийся часовой пояс и оп! больше нет преимущества, которое выпало тем, кто вышел из чертовых стеклянных коробок за едой в соседний супермаркет. Я очень много размышлял об этом, собирал сведения, искал информацию, лез туда, куда не просят, и сейчас это практически факт.

— К чему это? — Спросил Вячеслав, бледнея. — Да, я тоже этим занимался, ты мог бы, кстати, ознакомиться с моими мыслями в книгах, что я тебе передал, но мои расчеты говорят, что выживших может быть много.

— Прости, до сих пор не дошли руки. Слишком быстро все меняется. — Отреагировал я на укоризну в его словах за то, что так и не сподобился просто найти несколько часов и почитать.

— И ты хочешь сказать, что человечество — всё, закончилось?

— Я это к тому, — продолжил я отвечать на вопрос, с чего началась тема, — что человек в принципе сейчас на вес золота. Каждый, кто выжил. Кому по силам держать в руках оружие или, например, выращивать пищу. Или родить ребенка, и главное еще и вырастить его, в этом новом, диком мире. Наше генетическое разнообразие и без того на грани катастрофы. Думали ли вы, что дальше? Что нужно, чтобы популяция людей могла восстановиться? Чтобы наша раса не канула в небытие? Нужны тысячи уникальных генов. И все просто для того, чтобы на нас все не закончилось.