Книга Долг человечества. Том 7, страница 65 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Не знаю, Марк, что ты хотел тут проверить, но вот. Тоже результат. Бьюсь об заклад, она внутрь ни за что не зайдет. — Утер он проступивший пот со лба.

— Я еще подумаю над этим. — Пространно ответил я.

— А что здесь?.. — Перевел парень взгляд на меня.

— Сам хочу знать. Внутри все перевернуто было, когда я нашел это место. Вон там, дверь от этого дома, на нем косые глубокие борозды, как от удара лапой. И на изголовье кровати, что была внутри, похожая отметина. — Проговорил я вслух известные мне факты.

— Знаешь, я немного чувствую то, что и Малышка. Она как будто сильно испугалась этого дома. — Объяснил то немногое, что смог выяснить, Егор. — Эксперимент лучше закончить, а то мало ли. Но, если хочешь, я впоследствии попробую еще раз ее сюда привести, может это что-то тебе даст.

— Закончим. — Согласился я. — А насчет следующего раза — пока не знаю. Давай посмотрим.

Отпустив Егора и близняшек на задание, полученное от Кати, теперь я направился на поиски Лизы. Мысль, которую я вынашивал с прошлого вечера, желала найти выход, и кто как не она могла мне помочь. Я многое сделал своими собственными руками, но некоторые вещи выше моего понимания. И ведь, если рассудить, что лучше всего охарактеризовывает менеджера? Только его подчиненные.

— Утречка. — Поздоровался я, застав девчонку на одном из тесаных бревен. Она мастерила какие-то штуки в промышленных масштабах, и я догадывался, какие именно, потому лезть в это не стал.

— Привет! — Спрыгнула она и выпрямилась, раскачиваясь с пятки на носок. — Гуляешь?

— Если бы. Отвлеку тебя? — Спросил я.

— Будем что-то строить? — Она подбоченилась, выражая готовность.

— Круче. Будем изобретать. — Я поймал ее добродушное настроение и, тоже улыбнувшись, явил из инвентаря записную книжку и перо. — Было, значит, в незапамятные времена несколько людей, которые в одно и то же время додумались до одной простой и одновременно сложной идеи. По воздуху, значится, у нас летают невидимые волны. Маркони, Тесла, Герц… но был среди них тот, кто сагрегировал весь опыт и смог продемонстрировать миру абсолютно новую вещь, заложившую основу почти всей нашей цивилизации. Звали его Александр Попов. Зовут же его «отцом радио».

На протяжении следующих двух часов я, стараясь изо всех сил, объяснил принципы работы радиоволн и связи как таковой. Наглядно, на пальцах, преподал ей базовую физику. Стоит отдать ей должное — учеба в школе и первый курс колледжа не стали для нее просто просиженным временем, большую часть из того, что я объяснял, она хотя бы на уровне терминов понимала.

Задача стояла нетривиальная. Нам нужно было магическим образом создать работающий приемопередатчик. Я рисовал ей схемы колебательного контура — простейшего сочетания катушки индуктивности и конденсатора. Объяснял, как медь, вытянутая в провод и намотанная на деревянный сердечник, и не абы как, а определенным количеством витков, создает индуктивность, а две медные параллельные металлические пластины с тонким слоем слюды выступают в роли конденсатора переменной емкости.

Было две непростые задачи. Решить проблему портативности, то есть питания, и детекции сигнала. Для выпрямления высокочастотных колебаний нам требовался полупроводник — простейший диод. Стоило мне его упомянуть, девочка уверенно закивала, она знала, что это, и даже смогла воссоздать. С помощью нескольких итераций создания, мы получили кристаллический детектор образца начала двадцатого века.