Книга Долг человечества. Том 7, страница 40 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Думаю, неуместно играть в шарады. — Наконец, подала голос Женя. — Понимаю Марка, и понимаю Варю, однако имею мнение. У нас дефицит, Варь, распределение происходило с очень тяжелым раскладом. Сейчас, общими усилиями, мы добились того, что каждый член нашей фракции имеет доступ к базовым благам. Кому не нравится жить в бараке — пусть к Микаэлю записывается в стройбат, вкалывает и строит себе дом, мы никого не ограничиваем.

— Ну ладно, ладно, — картинно примирительно подняла ладони чародейка, но в ее глазах по-прежнему плясали лукавые огоньки, — я же просто о твоем авторитете забочусь, Марк. Мы же не хотим восстаний? Мог бы, кстати, и мне поручить какие-нибудь более… значимые вопросы управления. Например, ту же внешнюю политику или координацию новичков. У меня это отлично получится, ты сам знаешь.

— Обсудим твои должностные обязанности позже, — раздраженно уклонился я от прямого ответа, понимая, что весь ее рассказ не более чем провокация, и я хочу пресечь это на корню, но только сделаю это лично, дипломатично, а не выпорю прилюдно, — вопрос распределений считаю закрытым.

Чародейка лишь вздохнула и артистично закатила глаза, чуть отвернув от меня вздернутый носик.

— Лиз, — я продолжил, переведя взгляд на девочку, которая сидела очень тихо с тех пор, как выдала шутейку об окружающем антураже, — у тебя что-то стряслось?

— Да нет, все нормально! — Приободрилась она.

— Скучно сидеть на совете? — Я вскинул бровь.

— Лиз, расскажи ему то, что рассказала мне. — Настойчиво потребовала Женя, и девочка мгновенно стушевалась.

Я нахмурился.

— Марк, ну в общем, ты был прав. — Смущенно улыбнулась она и потерла затылок. — Не стоило мне демонстрировать свои навыки. Последние сутки я то и дело слышу, как меня просят, умоляют сделать им оружие, личное. Ножи, кинжалы, или чего потяжелее. Тайно просят, обещают делиться валютой, пока, тьфу-тьфу, не угрожают. Я пока отказываю, говорю, что работаю только по твоему приказу, но…

— Муромец. — Я чуть было не взорвался.

— Понял, командир. — Видать, мой тон оказался очень красноречив, да так, что Илья чуть было не вскочил по стойке смирно. — Выбью из них это дерьмо, такого больше не повторится.

— Послушай меня, мелкая. — Я кивнул Илье и перевел взгляд на трансмутаторшу. — Я говорил тебе, что ты очень ценна, и предполагал, что что-то подобное может начаться. Позволь Илье сделать свою работу, и если впредь что-то подобное всплывет, немедленно обращайся ко мне или к нему. На любые подобные предложения отказывай, ты никому ничего не должна. Помочь, это одно, или сделать что-то для личного пользования и комфорта, ну например не вижу ничего опасного в гребешке для волос для какой-нибудь девчонки, которая попросит тебя его сделать. Но на все то, что тебе просто не хочется делать, давай четкий и необоснованный отказ. Не обязана.

— Да, Марк, поняла. Спасибо! — Заметно повеселела девочка, явно обрадованная тем, что тяжесть этого груза с ее плеч сняли.

— Ох-ох-ох… — Шумно выдохнула Женя, пригладила живот, попила воды. — Похоже не на совет, а на курс групповой психотерапии. Дайте мне «говорящую подушку».

— На. — Усмехнулась Варя и протянула целительнице всамделишную подушку, которая имелась под поясницей в кресле.

— Такой вопрос. — Продолжила она, приняв шутливый объект для права голоса. — Я сегодня осматривала того работягу, Петра. Дай дураку… кхм, топор, так он сам и убьется. Короче, не упал он, а на него упало, дерево. Срубил неудачно, не знал, как правильно, чтобы вектор падения задать. В общем, вместо правой ноги у него теперь тряпочка, кости в муку перемололо, сосуды порваны. Моей текущей исцеляющей магии не хватает, чтобы это залечить. Да и, признаться, нечего там лечить, не дальше, чем завтра, нога отсохнет.