Книга Долг человечества. Том 5, страница 42 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Да, звуки, запахи, всё что только можно. Пока мы в невидимости, нас для них не существует, но есть пределы. Слишком близко кто-то окажется, нас и услышал, и унюхают. и да, воняешь ты ужасно, у меня глаза слезятся, пожалуйста, помойся сразу, как только вернемся, иначе убьешь аппетит всего лагеря дня на три вперед.

Я оказался прав. Еще была причина, почему мы не обновляли невидимость чаще, а дожидались последних секунд ее действия. Банальная причина, но столь же кристально ясная — магическому истощению подвержен не только я один. Чем реже Катя использует навык, тем лучше, а с нашей скоростью подъема ей придется применить его еще десятки раз.

— Девять сорок. Готовься, сейчас обновимся. Не дыши.

Кинжальщица вжала меня в стену, самую укромную из всех в ближайшей видимости, но все еще открытую для просмотра. Иного пути нет, мне не хватит сил создать укрывающий нас фантом. Марево невидимости мигнуло и пропало. Мое тело обрело четкость и цвет. Буквально в пяти метрах от нас, на поваленном сталагмите, сидел крупный сколопендроморф-солдат. Его фасеточные глаза тупо смотрели в нашу сторону, а усики-антенны дернулись, улавливая внезапно возникший запах двух потных, окровавленных людей, и запах нутряка Праматери.

Тварь издала предупреждающей стрекот и приподнялась на своем туловище, зашевелив множественными лапками на головогруди. Я на рефлексах кинулся в инвентарь, чтобы достать копье и приготовился обороняться, но… облом.

Снова активировался эффект. Взбудораженный открывшейся сценой сколопендроморф бодро засеменил лапками к нам, но мы уже огибали его со стороны, оставляя в неведении кошмарного таракана о том, что сейчас было.

Оставив существо позади, Катя, наконец, задышала, чем напомнила и мне — дышать для людей полезно для здоровья.

— Это было близко. — Прошептала она. — Пойдем, дальше должно быть проще.

Остаток пути мы проделали в полном молчании. Сил на разговоры у меня больше не было, а моя спасительница решила не допекать обессилевшего меня отвлекающим трепом. Мой мир сужался до куска породы перед глазами и плеча Кати, за которое я поддерживал себя в вертикальном положении.

Сколько часов мы так поднимались, как именно обновляли невидимость, и встречали ли врагов — не помню, этот эпизод полностью исчез из моей памяти. Следующий момент, который я осознавал отчетливо — впереди забрезжил тусклый, едва-едва различимый свет. Свет местной луны, пробивающийся внутрь скрытого в горах прохода.

Осознание, что я выбрался из смертельной западни, из этой адской каверны, что-то переключило в моем организме. Видимо, мобилизационные резервы моим подсознанием было принято решение выключить, ведь уже все позади, и мои ноги задеревенели. Я просто стал заваливаться вперед, как пластиковая фигурка, и чуть было не утянул за собой Катю.

— Эй, не смей отрубаться! — Не дав мне расшибить лицо о камни, девушка с трудом поймала меня и уложила, стала бить по щекам. Голос ее доносился до меня с трудом, чувство, что у меня полные уши ваты, которую туда суют, чтобы вылечить отит. — Марк, мы почти дошли!

Попытался поднять голову, чтобы посмотреть на спасительный свет, но шея не слушалась. Грудь раздувалась, как кузнечные меха, мне стало не хватать воздуха. Пальцы на руках и ногах не слушались, стало дико холодно.