Книга Долг человечества. Том 4, страница 52 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

Мысленно я уже решился. И на горячую голову все обдумал, и на холодную. Барон в текущем состоянии опасен, потому из двух зол я предпочту выбрать меньшее, в перспективе получив если не союзника, то нейтралитет с фортом.

О, а вот и письмо.

'Спешу обрадовать, Зрячий выслушал мои доводы и готов устроить встречу. Все должно пройти чинно-благородно, речь шла о переговорах. Он там ляпнул что-то про то, что ты должен сдаться и все такое, я его уверил, что ты так и поступишь, но мы же оба знаем, что ты будешь делать. Место: твоя опушка, которую ты занимал раньше. Время: в полдень через три дня.

p. s. Меня на переговорах не будет, как и «моих» людей. Со стороны Константина будет три парламентера. Озаботься тем, чтобы не попасть впросак.'

Текст я прочитал несколько раз. Встреча на хорошо известной мне местности — это плюс, но минус в том, что она капитально перепахана и утыкана множеством ловушек, часть из которых вполне могла быть не обнаружена. Если начнется заварушка, и мой план по устранению Барона пойдет не так, как я задумал, то отступить будет проблематично.

Смущал еще этот момент про требование уступок от Константина и гарантии этого. Понятно, что сейчас он считает, что сильнее, и в своих фантазиях продавливает меня и мою фракцию на выгодные для него лично условия, но этого не бывать.

Три дня… почему именно такой срок? Мысли о готовящейся ловушке сами пришли, я их не звал. Ну и в конце-концов, что я, маленький ребенок, чтобы не понимать, что Барон и верные ему люди подготовятся почти к любому сценарию грядущих переговоров? Соответственно, мой уровень подготовки должен быть не хуже.

Однако, я поступлю не так прямолинейно. Меня там не будет вплоть до часа икс, я не приду заранее, не начну готовить ловушки или пути отступления. Пусть в нужный момент все выглядит так, будто я, доверчивый дурачок, действительно пришел на переговоры. Я задумал кое-что другое.

Покончив с письмом, я передал условный сигнал о том, что информация принята. Всего-навсего перенес к себе в инвентарь сложенный лист бумаги. Так Леонид поймет, что время и место встречи я зафиксировал.

— Лиз, ты хотела меня о чем-то спросить? — Оставил я Микаэля у очага, после того, как мы сели передохнуть и обсудить будущий лифт когда закончили замеры.

— Ага! — Схватила она меня за рукав и потянула. — Борис сказал мне по секрету, что у тебя примерно вчера должен был быть день рождения!

— Ага, — удивился я, — двадцать пятого ноября. Думаешь, земные мерки времени суток применимы к нашей текущей ситуации?

— Ну конечно! Я вот, например, считаю дни до того момента, когда смогу отсюда выбраться и вернуться домой! — Улыбалась она, но мой вопрос явно добавил дёгтя в эту бочку меда.

— Что ж, это хорошо, что ты не теряешь надежды. — Остановился я под сводом пещеры, неподалеку от печи.

— Да брось ты обо мне! — Махнула она ладошкой. — События, конечно, стрёмные в последние дни, но это совсем не повод забывать о себе. Так что, вот. Тебе подарок! — Протянула она сверток бумаги, перевязанной веревкой, из тех, что километрами заготавливал лягушонок. Даже бантик повязанный был сверху.

Меня, признаться, удивило и порадовало такое внимание. Более того, не напомни мне сейчас об этом девочка, я бы фиг вспомнил. Попав сюда, я считал дни, но именно в количестве, не отслеживая дату, посчитав это неважным. Поэтому, подарок оказался вдвойне приятнее.