Книга Долг человечества. Том 3, страница 52 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Немного. Выдохните, самое страшное позади. Сегодня останется только как следует вымыться, чтобы перебить запахи, которые мы принесли снизу. И спать будет комфортнее, и меньше шансов на то, что внизу нас почуят. — Спокойно объяснил я необходимость помывки, но я был уверен, что в нашем небольшом сообществе нет грязнуль, которые будут лениться мыться.

— Я сделала кое-какие наблюдения насчет тех гадов внизу, так что, разведку боем можно считать относительно успешной, — вставила Катя, и продемонстрировала мне точно такую же как у меня книжку, купленную в магазине, но написано в ней было угольком, а не чернилами, как у меня, — вот.

Я взял листок с немного кривыми записями, и прочел в них систематезированные знания о сколопендроморфах. Почти все из написанного я так или иначе знал, либо понимал подсознательно, но не мог правильно выразить.

Это иерархические существа, что не нуждалось в проверке. Системная идентификация здорово выполняет функцию бестиария, особенно прокачанная. Их градация от низшего рабочего до туннельного стража была заполнена также офицерами, солдатами и хипурами, что бы последнее слово не означало.

Эти существа отлично ориентируются в темноте и не любят свет, но он для них не опасен, наоборот, вызывает дополнительное раздражение и агрессию. Так же Катя упоминала в своих записях, что твари не умеют плавать, а их тела, на земле контролируемые анаэробностью, здесь с какого-то перепугу слишком велики для их системы дыхания. И от этого тяжелы. Но лапки их к плаванию никак не приспособлены, потому они топором идут ко дну.

Далее Катя отводит целый абзац туннельному стражу, и описывает его как «контролера», который способен определенной частотой звука вызывать к себе всех близлежащих существ из роя. Они беспрекословно подчиняются этому призыву. Но также она пишет, что более важная особь мало того, что умеет их призывать, так она вполне себе отдает им конкретные команды, причем тоже звуками. Значит, они обладают каким-то примитивным способом общаться, и это наводит на плохие мысли.

В завершение своей работы она приводит характеристики кислоты, но делает это наивно и совсем без научной точности. Жжется, плавит кожу, пахнет как кислятина и в носу потом тоже неприятно, как будто лимоном брызнули.

— Это великолепный труд. — Похвалил я старания девушки. — Когда ты успела?

— Да пока мысли свежие были, а ты у водопада отстирывался, я быстренько и набросала. — Порадовалась похвале девушка.

— Возьми. — Я вынул из инвентаря перо и примерно половину миски черной пасты для письма. — Сделай красиво, основательно. У меня, если честно, нет времени вести записи на текущий момент. Я себе потом другой комплект сделаю.

— О, спасибо! Так, я потом к тебе обращусь еще, чтобы дополнить информацию. — Стала вдруг она серьезной как никогда.

— Хорошо. — Кивнул я и обвел взглядом присутствующих девчат. — Ладно, надо бы обсудить нашу вылазку.

— В каком ключе? — Недовольно взглянула на меня Варя. — Будешь костерить нас за провал?

— Нет, не буду. — Ответил я не шелохнувшись и не сводя с нее взгляда. — Я не преследую цели устроить разбор полетов в стиле старого времени, я лишь хочу предупредить ошибки и сделать так, чтобы в наших вылазках никто больше не пострадал. — Закончив, я склонился ближе к очагу, сложил локти на колени и пальцы скрепил замком. Я не пытался выглядеть более важным, просто грел заледеневший нос.