Книга Долг человечества. Том 2, страница 57 – Артем Сластин, Михаил Юрьевич Попов

— Он считает, что мы в каком-то данже, вроде как в симуляции, и за нами наблюдают постоянно. Как в сериале, блин… не помню название. Когда людей заставляли драться друг с другом за жизнь и еду, типа, и он прямо уверен был, что у нас так же. — Пустилась в объяснения девочка.

— А что такое данж? — Спросил Боря, вклинившись в разговор.

— Ну, типа, в игре место такое… эх, как же объяснить! — Замялась девочка.

— Борь, есть игры, в которых ты игровым персонажем управляешь, убиваешь монстров и повышаешь навыки и уровни. И там места есть, где и враги сильнее, и награда лучше. Данж называется. Это если коротко. — Попытался я буквально на пальцах объяснить интересующемуся.

— А-а-а… Я в основном во всякие пасьянсы играл или там три в ряд. — Протянул он, почесался, но я по лицу понял — не понял.

— Я тебе потом подробно объясню. — Кивнул я ему, и перевел взгляд на девочку. — Интересное сравнение. Он как-то обосновывал свою мысль?

— Он там получил какой-то кандидат, че то типа того, и выяснил, что его мысли читали, потому что какие-то там параметры у него менялись в зависимости от того, о чем он думал. Он так заумно объяснял! Нифига не поняла.

— Степа был очень, очень умен… — Мрачно выдохнул я. Ведь я пришел к подобным выводам совсем недавно.

— Да… — Загрустила девочка. — Я когда поправлюсь, хочу… хочу пойти к нему.

— Лиз, не знаю, расстроишься ты или нет, но я у него уже был. Я похоронил его. — Объяснил я честно, во-первых считал неправильным скрывать, во-вторых желал избежать спонтанных побегов.

Она помолчала. Глаза намокли, забегали. Потом она встала, подошла ко мне, и крепко обняла за шею.

— Он умер, защищая меня. Я, тупица, споткнулась об яму и вскрикнула, ударившись. И тогда, тогда… — Она заплакала, а я, каждый раз теряя самообладание от слез женщины, не знал, куда себя деть. Кровью сердце обливается, и ведь ничего не поделаешь уже. Потому, все что я мог, это осторожно прикоснуться к хрупкой спине и позволить выплакаться.

Боря сжался в комок, изучал носки своих ботинок, а Варя присоединилась к утешениям, прильнув к девчонке по левую руку от меня.

Получасом позднее, когда Лиза взяла себя в руки и попросилась уйти отдыхать, мы остались у очага втроем. Помолчали немного, думая каждый о своем, но вот так праздно провести день точно не выйдет, надо браться за работу. Это я и решил озвучить.

— Так, ребят, работа не волк. — Резко распрямился я и встал.

— Ничто не волк. — Прыснула Варя. — Только волк — волк.

— Отставить заумь. Помогать будешь? — Уточнил я у девушки.

— Как будто у меня есть выбор. — Выдохнула она.

— Вообще-то есть. Если ты чувствуешь себя неважно, заставлять тебя работать я не буду. — Ответил я, понимая ситуацию.

Варя, вместо того, чтобы ответить, распахнула полы накидки, открыв нам свою мантию волшебницы, а затем стала ее задирать вверх, оголяя ноги. Подняв ее неприлично высоко, она кивком показала свои раны.

— Я почти зажила. — Прокомментировала она.

— Но все равно… — Усомнился Боря, глядя на распаханную мышцу.

— Женя сделала все, чтобы я могла ходить. Ко мне почти вернулась чувствительность, и хожу я уже почти всегда без костылей. Устаю только сильно. Но если есть что-то мелкое, или кропотливое, я готова помогать. — Уверенно заявила Варя.

— Тогда хорошо. — Согласился я, и внутри порадовался. Как будто, когда нас стало меньше, в лагере и атмосфера изменилась, на какую-то более дружелюбную, что ли.